Танцы на Цепях

– Идти придется медленно, – сказала она, – Нам‑Енса полон неожиданных и неприятных сюрпризов, но их можно обойти.

– Почему вы спасаете меня? Почему выбрали именно меня? В городе было достаточно девушек и парней моего возраста. Кто‑то уже умел махать мечом. Чего конкретно вы хотите?

Как только вопросы сорвались с губ, Май о них пожалела.

Поначалу в лице Клаудии ничего не изменилось. Она оставалась такой же невозмутимой и собранной, как и мгновение назад, но странный отблеск мелькнул в холодном взгляде. Всего на секунду, за которую сердце совершило один удар, показалось, что женщина испепелит ее на месте.

Так выглядела матушка, пытаясь придумать приемлемое оправдание для очередной поездки в город, куда Май дорога была заказана.

– Все объяснения ждут в столице, – процедила Клаудия сквозь сжатые зубы.

– А что, если я откажусь ехать? – Май с вызовом вскинула голову и услышала грозное рычание волка. Мощная спина под ней напряглась, и зверь медленно повернул голову, чтобы вперить в нее взгляд желтых глаз.

Пустой и враждебный.

– Уже поздно отказываться.

– Вы даже не предложили мне ничего, чтобы от этого отказаться! Разве я не имею права знать? Мой дом разрушен неведомой заразой, а все, что я получаю – это отговорки!

– Молчать!

Голос Клаудии изменился, стал ниже, прокатился по позвоночнику болезненной волной и сжал затылок. Будто кто‑то замер за спиной, впился ледяными пальцами в волосы и приложил холодные губы к уху.

– Ты подчинишься! Или я тебя заставлю…

Май прекрасно видела, что женщина даже не сдвинулась с места, но ощущение чужого присутствия было настолько явственным, что кожа покрылась липкой тошнотворной испариной.

– Подчинись!

Вместо ответа из горла вылетел сдавленный хрип.

Никогда!

Все ее существо взбунтовалось, встало на дыбы, но разум подавил ярость, загнал в дальний уголок и приказал там тихонько тлеть.

Мне не сбежать. Я должна покориться.

Давление ослабло, а мутное желтое марево перед глазами пошло крупной рябью и растаяло, позволив рассмотреть безмятежное лицо Клаудии.

Будто ничего не произошло.

– Идем, дитя, – женщина замерла перед плотной стеной из древесных стволов, за которыми невозможно было ничего рассмотреть.

Стоило ей сделать шаг по тропе, как над головой закружились крохотные стрекозы, разгоняя подступающий мрак. Май, впрочем, не слишком обрадовалась такой помощи.