Танцы на Цепях

Смирился, хоть и не упускал возможности ткнуть Ш’янта в прошлые ошибки, провернуть кинжал в старой ране.

При этом он умудрялся оставаться честным до самого конца. Раз получил обещание, то и свое слово сдержал в точности.

Змей подвел Ш’янта к выходу из квартала, но не к главным воротам, а к крохотной «калитке», расположившейся недалеко от нужного особняка.

– А я‑то думал, что ты меня проведешь прямо через парадный вход, – усмехнулся Ш’янт, – тропа из цветов, ликующие возгласы, все такое.

– Иногда ты кажешься мне большим тупицей, чем есть на самом деле, – ответил Граци, – шуточки оставь при себе, Зима.

Дверь можно было найти, только если напрячь зрение. Тончайшая линия на желтоватом камне. Она вырисовывала ровный прямоугольник высотой в два человеческих роста. Если надавить, то часть стены ушла бы внутрь и отъехала в сторону, но только человек мог пройти через этот ход. Если бы, конечно, кому‑то пришло в голову посетить «Ручьи» и угодить в пасть плотоядным жителям, никогда не брезговавшим человечиной.

Небо обагрилось красным, мохнатые громады облаков нависли над городом, угрожая ливнями и штормами. В свете заката Граци выглядел как иллюзия. Алые отблески играли на змеином хвосте, ветер запутался в черных волосах, что‑то магическое проскальзывало во взгляде чайных глаз.

Змей коснулся стены. Любой другой лишился бы руки, а Граци лишь поморщился и надавил сильнее, заставив камень податься внутрь.

Ш’янт не мог просто пройти через «калитку» без определенной защиты.

– Я буду ждать на этом же месте через три часа, – сказал Граци, – не успеешь – и будешь шататься по людским улицам, пока я не решу тебе забрать. Если решу.

– Собираешься учить меня пунктуальности, Граци?

– Кто‑то же должен! Давай покончим с этим быстрее. Мне дурно только от одной мысли, что ты подчинишь мое тело.

– Я буду нежен, – Ш’янт шутливо поклонился и подумал, что если бы эти глаза могли убивать, то он бы уже превратился в пыль и был развеян ветром.

– Гореть тебе в пламени мрака, сукин сын, – процедил Граци.

Ш’янт шагнул вперед. Слияние с живым существом – болезненный процесс. Для Граци – это унизительная необходимость, сродни рабству. Для него – потрясающий шанс ощутить, наконец, происходящее вокруг. Не быть наблюдателем, а участвовать, касаться и впитывать.

Через несколько секунд Ш’янт провалился в реальность, полную тактильных ощущений, окунулся с головой и чуть не захлебнулся.