Танцы на Цепях

– Этого в плане не было!

– А теперь будет, – он плотоядно усмехнулся, – мы понаблюдаем. Не каждый день Элора устраивает игрища, да еще и с двумя участниками. Первородная останется довольна.

– Если, конечно, девчонка не пострадает, – Клаудия выглядела раздосадованной, – не стоит ли нам поторопиться? Рагур’ен на краю гибели, а мы собираемся играть в глупые игры. Схватить девку – и дело с концом!

– Не ускользни она из твоих цепких лап, и мы бы здесь не стояли. Все люди отличаются такой короткой памятью? Или это ваша особенность – замечать только чужие промашки?

Зло цыкнув, женщина скрестила руки на груди.

Самоуверенная сука. Считаешь, что раз напрямую общаешься с Первородной, то все позволено? Посмотрим, как ты завоешь, когда твой ненаглядный мир останется с проблемой один на один. Впрочем, ты этого уже не увидишь.

***

Элора Амастасия была красивой. Когда‑то.

Сейчас же белоснежную щеку пересекал уродливый рубец.

Багровый зигзаг накрывал правый глаз, разрывал пополам смоляную бровь и уходил под тугие черные локоны, уложенные так, что напоминали причудливо изогнутые рога.

Стоя у окна, Элора поглаживала волосы девочки, доверчиво обхватившей ее тонкую талию. Их лица были неотличимы друг от друга, как две коробочки хлопка. Разве что вокруг глаз Элоры разбежались острые лучики морщинок, а губы не были такими пухлыми и алыми.

– Кто эти люди, мамочка? – малышка тянула слова, будто перекатывала их на языке. Накручивая на тонкий палец черную ленту платья, она пристально рассматривала гостей.

Элора не могла не признать, что ей нравится то, что она видит. Девушка в серых одеждах выглядела уставшей и расстроенной. Руки то и дело тянулись к клинку, пристегнутому к поясу.

Белые волосы в полнейшем беспорядке, острые плечи мелко подрагивали.

Скоро сон сморит ее, а во сне люди особенно уязвимы.

За спиной девушки возвышался мужчина. Сильный, но не тяжеловесный, гибкий, точно хищник, готовый к прыжку. Тень, скользящая по комнате в солнечный день.

Незнакомец поднял голову. Элоре показалось, что взгляд прожег ее насквозь, оставив в груди дымящуюся дыру. Она скользнула рукой по корсету, будто ощущение могло быть реальным.

Девочка почувствовала растекшееся вокруг волнение, белое личико сморщилось, фиалковые глаза потемнели от предвкушения скорой игры.

– Можно я заберу его себе? – проговорила она.

– Игра прежде всего, дорогая.

– Мамочка!

Девочка упрямо топнула ножкой, но взгляд Элоры заставил ее утихнуть.