Другой край мира

– Что такое?

-Воло! – воскликнул Конда, но Воло поглядел на него, подняв бровь.

– Кирья сама спросила. Кирья Аяна, мы – кирио. Женщины и мужчины едят отдельно. Исключение составляют только недавно поженившиеся пары, которые по понятным причинам хотят проводить как можно больше времени вместе, и званые ужины несколько раз в год. То, что ты сидишь с нами за столом, у нас считается нарушением правил приличия. А на приличиях зиждется порядок этого мира.

Аяна смотрела на него вытаращенными глазами, потом не выдержала и расхохоталась.

– Прости, Воло, я не могу сдержаться. Конда, почему ты не сказал мне об этом? Я вела себя, как твоя жена!

– Не знаю. Мне было забавно, – он смеялся. – Я хотел почувствовать себя как житель вашей необычной деревни, мне показалось, что это будет интересно.

– А недоеденная похлёбка — тоже традиция?

– Да. У нас считается неуважением съедать всё до конца в гостях, это значит, что тебе положили недостаточно, чтобы наесться, – кивнул Конда.

– Традиции служат определённым целям, – сказал Воло. – они сохраняют порядок и стоят на защите нравственности. Над ними нельзя смеяться. Нужно чтить свои традиции и уважительно относиться к чужим.

Аяна вдруг вспомнила разговор с моряками, после которого на душе долго было тяжело и мерзко.

– А как насчет традиции отрубать парню уши или руки за разговор с девушкой? – серьёзно спросила она.

Конда резко поднялся.

– Кирья, я должен знать, с кем ты говорила об этом, – тихо, но твёрдо произнёс он, нахмурившись.

– Я расспрашивала твоих людей. Они не хотели говорить, это я заставила. Они не виноваты.

– Да уж, в чем-то понимаю их, – он вздохнул и покачал головой. – Я поговорю с ними насчёт тем для бесед с юными девушками. Кирья, кто моет у вас посуду?

– Каждый за собой. Или тот, кто меньше всего занят. Или тот, кто не успел сбежать.

Он улыбнулся так широко, что она не сдержалась и тоже улыбнулась.

– Тогда я помою. Воло, не надо кривиться. Я помою и за тобой тоже. Ох! Почему оно пенится? – он еле сдерживался, чтобы не отбросить от себя мочалку из мыльной травы, которую схватил.

– Так и должно быть. Мыльная трава отмывает жир, потому что в ней много щёлочи, а пенится, потому что в её почках есть некоторое количество масла.

– Понятно... То есть, откуда ты это знаешь? – изумился Конда.

– Моя сестра варит мыло, а тётка знает травы.