Другой край мира

– Вот тут, в середине, в полу решётка. Вода обычно сама утекает сквозь неё, но если вдруг расплескается слишком далеко, надо взять вон ту швабру и подогнать её к решётке. Это нужно делать, чтобы в купальне было сухо, и на стенах не появлялась плесень. Мы знаем тут всё на ощупь, но вы лучше зажигайте весь свет, чтобы лучше было видно. Пол не скользкий, но если мыло попадает на него, то можно и поскользнуться. Ну, в общем, здесь всё. Нужник вам показать?

– Нет-нет, – поспешил отказаться Конда. – Мы справимся сами.

– Там крупная решётка в полу. И поручни. Для удобства. Воду можно взять в купальне.

– Понял. Прости, кирья...

– Всё хорошо, – хихикнула Аяна. – Вот тут, рядом с купальней, шкаф для полотенец. Летом мы храним их в комнатах, там быстрее высыхают. Но зимой удобнее здесь. Думаю, еда согрелась, мы можем идти к очагу.

– Подожди, кирья Аяна. Наши сундуки остались снаружи. Покажи мне, где этот ваш очаг, мы отнесём сундуки вниз и придём, – сказал Воло.

Она провела их по лестнице и показала Воло на очаг. Он кивнул, и они с Кондой по очереди помогли друг другу оттащить вниз сундуки.

– Скоро мы станем пользоваться другим очагом, в закрытой комнате, – сказала Аяна, когда они, отдуваясь, подошли к ней. – Но нам предстоит всю зиму провести очень близко друг к другу, поэтому мы стараемся отодвинуть этот день.

– Перегородки, – вспомнил Воло. – Понимаю.

– Да. Воло, ты будешь кашу с рыбой или похлёбку?

– Можно мне ещё тарелку? – спросил Конда.

– Мне то же, что и ему, пожалуйста, – сказал Воло, гладя по голове Ошу, которая подошла, виляя хвостом, на запах еды.

Аяна налила две тарелки разогретой похлёбки и поставила на стол, пододвинула к ним корзинку с лепёшками, накрытую тряпицей, и дала ложки. Она наткнулась на хмурый взгляд Воло и сама было нахмурилась непонимающе, но увидела отца, который шёл через двор.

– Папа! Иди есть! – сказала она, снимая тарелку с полки.

– Аяна, я пойду к Даро.

Он ушёл. Аяна, пожав плечами, налила себе тарелку похлёбки, глядя, как Воло вылавливает из тарелки мясо и даёт его Оше, сидевшей с грустными глазами у его ног, потом села есть, но вдруг заметила, что Воло отложил ложку и напряжённо уставился на неё.

– Невкусно? – спросила она недоуменно.

– Воло, прекрати, – сказал Конда. – Мы не у себя дома.

– Что происходит? – разволновалась Аяна.