Сага о розах. Книга первая

- Спасибо, Ваше высокопреподобие. Вы проявили такую заботу обо мне.

От выражения её благодарности у инквизитора не дрогнула ни одна чёрточка бесстрастного лица, но сам он сделался несколько бледнее.

«Боги, как мальчишка!» - захихикала про себя Сабрина и, оценив возраст собеседника, размыслила, что нелепо так смущаться в тридцать или около того.

- Признаться, сперва я был растерян из-за вашего поведения, - осторожно сказал он.

- О, я всего лишь была обескуражена вашим визитом.

- Вы… вы ожидали кого-то другого? Мне сообщили, что номер для вас снял некий мужчина.

- Да, его зовут мистер Вернард Дорвиль. Я уже говорила, милорд Гилберт попросил своего человека сопроводить меня до его родового имения, но где этот мистер сейчас мне нисколечко неизвестно, - ответила Сабрина и, действуя согласно интуиции, зачем-то всхлипнула. - Быть может, он вообще меня покинул.

- Не думаю, чтобы маркиз Виссерийский вверил заботу о сестре жены лицу недостойному. Не знаком с ним лично, но его репутация в вопросах чести безукоризненна.

- Я очень надеюсь на это, Ваше высокопреподобие. И спасибо вам за тёплые слова. Уверена, сестру своей жены вы бы тоже не оставили в столь тяжёлой ситуации.

Сабрина намеренно сказала свои последние слова. Ей виделось, что после них будет уместно указать на недозволенность нахождения женатого (или, напротив, неженатого) мужчины в её покоях. То есть, она рассчитывала выставить Эрта ван Донатана за дверь. Но его последующие слова поставили её в тупик.

- У моей покойной жены не было сестёр, - ровным голосом сказал он.

Повисло молчание, так как Сабрина оказалась не в силах подобрать правильную фразу. Ну не начинать же ей было со слов «тогда в память о ней вам лучше уйти из моих апартаментов куда подальше».

Часть II - Когда розы обнажают шипы. Глава 8

Нечасто в своей жизни я шептала молитвы, но если мне доводилось это делать, то помощь богов действительно была мне необходима. Вот только, как и всегда, они не услышали. Хорошо хоть Ортольд послушался меня и ушёл.

«Пусть хотя бы он останется в живых. Пожалуйста!» - закончила я молить высшие силы и решительно вышла из экипажа наружу. Мне хотелось остановить кровопролитие. Гвардейцы отчаянно сражались, но настала пора им сложить оружие.

- Прекратите! Не надо! – в отчаянии закричала я, рассчитывая принести себя в жертву. Но, к моему удивлению, было уже слишком поздно просить лиходеев о чём‑либо. Последний из людей Ортольда осел, пронзённый стрелами.