Профессорская дружка

– И, не давая ей найти выхода из положения, начала выдвигать свои варианты: - Это Дейр в качестве моего жениха? Императорский взбрык в качестве охранника? Леди Эвения Ритшао среди моих друзей? Профессор Даная Нифь среди врагов?

Ее ответ последовал незамедлительно:

- Лесски можешь оставить себе, взбрыка я сама найду, - кривая усмешка коснулась ее губ, - Эви и Дани лучше живется без меня…

- Тогда что?

- Саламандра, - ответила древянистка и вперила в меня тяжелый взгляд.

- Что вы хотите этим сказать?

- Ты отдала ее Дениэ Гову, - что не слово, то упрек, а взгляд полон обиды.

Я улыбнулась, предвкушая уже реакцию этой любительницы экзотов, и призналась:

- Не отдала, а обменяла.

И реакция, не заставила себя ждать, проявилась тут же. Глаза древянистки стали большими, лицо удлинилось, руки сжались в кулаки и голос задрожал подстать удивлению, граничащему с ужасом.

- На что можно было поменять огненную саламандру кнутохвост?!

- На каменного голема, - похвасталась я.

– Как вы понимаете, обмен был более чем выгодный с моей стороны.

- Более чем… - в следующее мгновение профессор Трумс со вздохом шмякнулась на стул и схватилась за голов, причитая: - Он отдал древнего за малолетку кнутохвост... Он отдал…

Ее отчаяние можно было понять, обмен между мною и земляником был неравноценный, но я не спешила ей сочувствовать:

- Да понимаете ли, голем был настроен весьма агрессивно, к тому же брекал непередаваемо громко и… Но вы не отчаивайтесь, сейчас каменный в надежных руках.

- В каких? – прошептала расстроенная профессор.

- В руках Дейра.

На этом я отключила полог, вернула его оборотню и направилась в кабинет Нокбо, чуть ли не напевая. Отмщена. А сверху опять гудел эхо-порт: «Адаллиер вас все еще ждут. Поспешите».

Я и поспешила. Решившись сократить долгий путь по галереям, ступила на каменную плитку ближайшего коридора, который вел в деканат к преподавательским кабинетам. Он назывался Пятым Скоротечным в силу того, что имел пять постоянно функционирующих переходов, которые, как черные дыры, глотали пространство и время на его преодоление и сокращали путь в десятки раз.

Академия располагала, по крайней мере, десятью такими коридорами, и каждый из них отличался не только отделкой, формой, степенью освещенности, но и температурой. Этот был самым холодным, низким, темным, гулким и, к сожалению, самым коротким - в противном случае я бы воспользовалась другим.