Профессорская служка

Мой жених уходил вальяжно, доктор стремительно, но стоило им оказаться за дверью моего дома, как мужчины поменялись ролями, сэр Норвилл схватив оторопевшего доктора за грудки, встряхнув его, прошипел:

- Что, черт вас дери, происходит! Я думал, вы осмотрите ее и подтвердите слухи!

И это он заявляет стоя на крыльце моего дома? Неслыханная дерзость.

- Осматривать несчастную кощунство, Ваша Милость, – доктор скосил взгляд на дверь.

Не зря скосил, за ней стояла я, подслушивала и не дышала, стараясь не рассмеяться.

- Говорите яснее, – фыркнул рассерженный барон.

- Девушка умирает.

От такой новости я чудом устояла на ногах и даже не покачнулась. Смерть ничто перед возможным замужеством! Главное, чтобы жених от меня сейчас отказался, а вот как объяснить мою живучесть я решу уж как-нибудь потом.

Багровый лицом сэр Норвилл требовательно спросил:

- Сколько ей осталось? Я успею жениться?

- Неделя, - печально прошептал служитель медицины и развел руками: - При самых оптимистичных прогнозах – месяц или два.

Краснота мгновенно слетела с лица барона:

- Успею! – деловито заявил он и расплылся в довольной улыбке. Отпустив доктора, жених сошел со ступеней, и что примечательно, насвистывал он при этом свадебный марш.

Несколько мгновений, мистер Рега, как и я стоящая за дверью, смотрел на светского щеголя в весе со священным ужасом на лице.

- Она больна!

Наверное, я впервые порадовалась тому, что двор наш, как тюремная клетка, закрыт и мал.

- Ничего страшного. Если Ирэн из Академии не выгнали с таким здоровьем, ее состояние прекрасно устроит и меня.

По знаку к воротам подъехала карета Его Милости и прыткий слуга, распахнув дверцу, замер в низком поклоне. Они могли бы продолжить разговор внутри салона, но мистер Рега, не сходя с места, решился спасти хотя бы одну невинную душу.

- Сэр Норвилл, барон…, Томас, - в волнении доктор пренебрег официозом и, запыхавшись нагнал того у экипажа, - ради вашего здоровья и хорошего самочувствия, откажитесь от идеи с женитьбой.

- Это еще почему?

- Потому что…, потому что…, чтобы не навредить себе, вы не сможете ее даже поцеловать, – смущенно заметил доктор.