За гранью маски II. Сплетение судеб

Черные волосы, уложенные в высокую прическу, пестрили мелкими жемчужинами, длинные ресницы, кокетливо укрывали яркие голубые глаза от восхищенных взоров, а алые губы, сдерживавшие улыбку, казалось, чуть подрагивали. Хотя девушка была среднего роста, ее хрупкая фигурка визуально отнимала пару его сантиметров и делала из молодой женщины девятнадцати лет еще совсем юную девушку.

- Вот и виновница торжества, - протянул Роберт, улыбнувшись. – А она очаровательна.

Франс, задумавшись, наградил молодую леди долгим оценивающим взглядом.

- Даже слишком, - отозвался он на комментарий друга.

- Я бы хотел с ней познакомиться, - заинтересованно проговорил Роберт.

Эрих рассматривал фигурку девушки, пытался разглядеть ее лицо, но, увы, расстояние ему этого не позволяло. Что-то в молодой леди казалось ему знакомым. Чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее убеждался в том, что встречал ее раньше. Вот только где и при каких обстоятельствах он мог ранее видеть племянницу герцога Ольстена?

Роберт уже собирался пересечь зал, чтобы представиться юной красавице, но внезапно остановился.

Роберт и Франс застыли подобно каменным изваяниям. Рот Роберта чуть приоткрылся, но он не мог выдавить из себя ни слова.

Эрих с недоумением глянул на них, потом вновь вернул взгляд на Катрину и приветствовавшего ее кавалера. Тень сомнения скользнула в мыслях у барона. Он догадывался, кем был тот молодой мужчина.

- Это и есть Касэй Дотский?

- Да, - сдерживая шквал негодования, процедил сквозь зубы Франс.

- В нем нет ничего от Ричарда Абвеля. Ни малейшего сходства.

- Потому что он сын Касэды.

- Но почему он…? – огорченно опустил глаза Роберт.

- Должно быть, он решил засвидетельствовать юной госпоже свое почтение, - предположил Эрих.

- Мне это не нравится, - настороженно произнес Франс. - Касэй всегда поступает лишь с выгодой для себя. Он бы не явился на этот бал и уж тем более не стал целовать руку молодой леди из глубинки, будь она даже первой красавицей Империи. Что-то здесь не так.

- А теперь пусть играет музыка! – воскликнул герцог Ольстен. – Да будет менуэт!

- Твой выход, Имитис, - произнес Эрих в полный голос, прикрывая рот рукой.