Илинн

Если старая карга начнёт болтать, не выдержав допроса и пыток, тогда и самой Кариссе тогда точно не поздоровится! Виданное ли дело — Ее Светлость, маркиза Чернолесья замешана в колдовстве! Этого нельзя было допустить! Нужно было действовать. И скоро выдался удачный шанс.

Шанс в обличии пьяного стражника, прикорнувшего под теплым полуденным солнцем на вершине замковой стены. Несколько мух зудели над его обмякшим от вина телом, а одна, сама толстая, с зеленым, переливающимся брюшком сидела на горлышке недавно опустошенного винного кувшина и терла тонкими, мохнатыми лапками свою уродливую головку.

— Эй ты! — с негодованием крикнула маркиза над ухом спящего, и от этого вопля все мухи тут же разлетелись в разные стороны. Пьянчуга разлепил опухшие веки, и сонно заморгал, щурясь от дневного света. Разглядев, стоящую перед ним фигуру, он неуклюже дёрнулся и попытался подняться на ноги, но тут же получил острый удар прямо в печень и глухо вскрикнул, корчась от боли.

— Что ты здесь делаешь в таком виде! Как осмелился! Отвечай! — пинки посылались одни за другим.

— Бес попутал! Клянусь! Я в кости рубаху проиграл, вот и напился с горя! — пролопотал бедняга, от ужаса прикрывший голову руками. Он даже и не пытался увернуться от побоев, градом посыпавшихся на него.

— В кости проиграл? Смотри, как бы ненароком своих собственных не досчитаться! Хозяин устоит тебе показательную порку.

— Умоляю, госпожа! Не говорите Его Милости! Иначе мне не сдобровать! — избиваемый жалко скрутился в узел, словно испуганный ёж.

Обутая в изящную туфельку нога, занесенная для следующего удара замерла на месте, на секунду сверкнув россыпью драгоценных камней на вышивке. Несчастный уставился на каблук, застывший в опасной близости от его носа и с подобострастием зачастил:

— Все что угодно вашей Милости! На все готов! Подошвы ваши целовать буду! Клянусь всеми святыми!

Кончик обуви, чуть помедлив, ткнул его в заскорузлый подбородок, а потом брезгливо дрогнул, словно ненароком угодил в грязную лужу.

— Слушай меня, идиот. Будешь теперь делать то, что я тебе прикажу, иначе пеняй потом на себя.

Так у Кариссы появился, помимо Агнессы, новый шпион.