Илинн

От этих слов компаньонка немного смутилась и покраснела. Карисса не обратила на это никакого внимания и лишь лёгким жестом указала на небольшую скамеечку у ее ног, приглашая присесть рядом, а после снова откинулась на бархатную спинку, позволяя мраку скрыть ее лицо и фигуру. Дамы погрузились в беседу и не заметили, как в окне промелькнула тень ночной птицы, уже в который раз возвращающейся на самый верх замковой башни.

Глава 34

Oh, öffne mir, lass mich hinein

Dein Liebster steht im Mondenschein

Diese Nacht ist so kalt, so öffne mir

Dean morgen wird es zu spät sein.

— “Diese kalte Nacht”, “Faun”

Сова теперь прилетала почти каждую ночь. Она бесшумно приземлялась на узкий подоконник высокого окна и с большим любопытством наблюдала, чем занимается его сиятельство. Маркиза сначала удивлял подобный интерес обитательницы леса, но постепенно он привык к этому. Когда наступал вечер, он сам не осознавая того, спешил к себе, чтоб приоткрыв окно пошире, дождаться свою ночную посетительницу.

— А это снова ты, желтоглазая, здравствуй! — говорил он ей, а его губы трогала довольная улыбка. Ему определенно нравились ее визиты.

Иногда птица отвечала ему глухим «у-ху», но все чаще молчала, загадочно поблескивая круглыми, как плошки глазами. Вот и в этот вечер она опять сидела на своём привычном месте и смотрела, как ужинает лорд Хантли. С некоторых пор он предпочитал трапезничать в полном одиночестве у себя в кабинете.

— Может быть, ты голодна? — Он внимательно посмотрел на неё, а потом поддел остриём кинжала кусок холодного мяса, лежавшего на блюде и поднялся из-за стола.

Увидев это, птица предостерегающе зашипела, а ее длинные кисточки на голове резко взлетели вверх. «Не подходи!» — показывала она всем своим видом.

— Ну хорошо, — тут же мирно согласился маркиз и поспешно убрал угощение, поняв, что гостья не намерена подпускать к себе слишком близко. — В следующий раз прикажу поймать для тебя мышь.Ты же любишь мышей? Ммм?

Ушки на совиной голове снова опустились, а сама она заметно успокоилась.

— Так-то лучше. Я не хотел тебя пугать, прости.

В ответ та лишь покрутила головой и сморгнула сначала одним, а потом и другим глазом. Милорд усмехнулся, и отставив остатки пищи в сторону, принялся за бумаги. Время от времени он поднимал голову, чтобы убедиться — не улетела ли, и с каким-то облегчением отмечал, что она по-прежнему была рядом. Это радовало и придавало сил.