Пламя и сталь

Затем поглядел на правую – там возвышалась целая стопка похожих. Читать их не хотелось. Это на третьей книге я ещё надеялся, что мне попадётся хоть что-то интересное, но после проглядывания десятой по счёту стало понятно – ничего в них нет. Во всяком случае того, что мне интересно.

Со дня встречи с императором прошло уже пять дней. И всё это время я пытался понять – что случилось в спальне правителя? Зачем он подкинул мне записку с просьбой о помощи?

Надеялся таким образом заманить в ловушку, чтобы, когда я приду в условленное место, завершить начатое Кэтлин и прикончить? Совсем глупо – у меня полно времени, стоит только рассказать всё всадницам и ничего не выйдет.

В прошлое покушение убийцы подготовились куда тщательней и пытались не оставлять следов. Так что, скорее всего, никакая это не ловушка и императору действительно нужна помощь.

Точнее, не только императору, но и кому-то ещё. Не зря ведь правитель написал «Спасите нас». Я хоть и не был знатоком этикета, но точно знал, что в Этерии правители не говорили о себе во множественном числе, как было принято у нас на Земле.

То есть когда император писал про «нас», он имел в виду несколько человек, а не себя, любимого: «Спасите нас, Гарруса Великолепного».

Язык в этом мире вообще был един для всех государств, хоть и с особенностями в каждой стране. Чем-то напоминал смесь итальянского, французского и испанского и был по-настоящему красивым, плавным и складным. Очень приятно было слушать и общаться на таком, его как будто специально придумали для фэнтезийной страны.

Одна беда – очень уж вычурным, общаться им в обычной жизни было не просто. Там, где текст на русском, к примеру, занимал одну страницу, на этерийском уходило целых три.

Вот и в записке поместилось всего несколько слов, хотя было видно, что император хотел дописать что-то ещё. Но сколько я не вглядывался, понять, что упущено, не смог.

Впрочем, куда важнее было понять, что происходит. То, что императору грозит опасность, ясно. Я и раньше подозревал, что с семьёй правителя что-то не то, а теперь окончательно уверился.

Но почему тогда Гаррус обратился ко мне? Ведь у него в распоряжении имеется целая армия, по силе равная армия двух-трёх Великих Домов. Наверняка есть собственная тайная служба, какие-нибудь люди для особых поручений. В конце концов, у него большая семья, мог бы обратиться к какому-нибудь родственнику. Но Гаррус почему-то выбрал меня.

Значить это могло только одно – нет у император ни армии, ни тайной службы, ни родственников.