Пламя и сталь

Может, чуть сильнее Болленарии. В самом худшем случае у Асталии могло появиться десять драконов, ведь асталийский цикл длился целых семнадцать лет. Больше не повезло только ныне не существующему уже Ваграсу, где драконий цикл составлял огромные двадцать два года. Остальные же страны не представляли угрозы, учитывая имеющийся перевес.

Тут Ройс позволил себе усмешку. Ди Нарм, его визави, глава Тайной стражи Этерии, был неплох. Пожалуй, лучший из всех, всё же Этерия когда-то была настоящей империей. Но и он показал, что бывает, когда места занимают не по способностям, а в результате придворных интриг.

Шпионы, доносившие ди Нарму, с самого начала были агентами инквизиции. Говорили они лишь то, что указывал им Ройс, так что Этерия до сих пор пребывала в благостном неведение относительно сил, имеющихся у Трамла.

Драконов у них было не пятнадцать, как думали в других странах, а гораздо больше. После турнира, который должен был пройти в конце года, у Трамла будет столько драконов, сколько ещё не было ни у одного другого государства.

Как бы Ройс не относился к Лее, он был вынужден признать – при ней всадницы Трамла стали сильнейшими. Если ранее драконы признавали деву в одном случае из двух, а то и вовсе из трёх, то теперь каждый цикл у них появлялась новая всадница. С Леей было не сравниться даже Наррите, прозванную Полночью. Лея была бы гордостью Трамла, если бы не убивала.

Казалось бы, кто не убивал? От руки Ройса умерли сотни, а от росчерка его пера на плаху и в пыточные подвалы в своё время отправились десятки тысяч.

Лея же убивала просто потому, что ей это нравилось. Несколько десятков мужчин в месяц – вот чем Саливан заплатил за помощь всадницы. За преступниками, еретиками и предателями, которым повезло, в Трамле приходила инквизиция. За теми же несчастными, от которых отвернулись боги, приходила Лея.

Попасть к ней боялись куда больше, чем оказаться в застенках инквизиции. Иногда тамплиерши отпускали пленников - и тогда даже опытные палачи отводили взгляд от медленно бредущих по улицам фигур, некогда бывших людьми.

Ройс понятия не имел, почему глава тамплиерш ненавидит мужчин. Как и её младшая сестра, Вивьен, она воспитывалась в монастыре. Мужскому насилию Лея не подвергалась, иначе не смогла бы стать всадницей.