Пламя и сталь

Чем закончится суд, Ройс не сомневался, испытал на своей шкуре.

Кто-то из их людей, узнав о бумаге, сразу же ушёл, не желая идти против Конклава. Но большая часть решила остаться, хотя не могли не понимать, что дело идёт к открытому противостоянию. Кроме того, на их сторону перешло и несколько боевых групп, ранее промышлявших в пустошах. Ройс поразился, когда все преданные им люди собрались в одном месте. У них была пусть и небольшая, но армия.

Неприятно поразились и в Иритилле. Видимо, в Конклаве думали сразу же арестовать Саливана и его сторонников, тут же казнив их по-тихому.

Задумку Саливана Ройс не понимал. Они смогли попасть в город - одна из боевых групп, перешедших на их сторону, держала ворота открытыми. Огромная удача, не придётся штурмовать стены. Нужно было немедленно атаковать, пока Конклав не стянул в Иритилл главные силы. Пусть их и было в четыре раза меньше городского гарнизона, но их сторонники были куда более мотивированны и лучше подготовлены.

Вместо этого Саливан, оставив большую часть войска, пошёл в главный храм всех богов на суд.

Сначала Ройс умолял Саливана одуматься: будет судилище, фарс. Конклав просто тянет время, а сам собирает войско. Сначала Саливана задержат, а потом просто убьют. Их армия дрогнет, тех, кто не разбежится, раздавят. Увы, странный клирик был непреклонен.

Потом Ройс просто просил остаться с Саливаном. Не спасти, так хотя бы умереть рядом, но и в этом Саливан ему отказал.

Его сопровождала огромная толпа – всем любопытно было поглядеть на знаменитого клирика, которого, как упорно утверждали слухи, прислали для спасения Трамла сами боги.

Конклав действительно собрался: дьяконы и архидьяконы, главы тамплиеров и паладинов. Семнадцать человек, управляющие всей страной, не хватало лишь пятерых. Решить дело у правителей Трамла тихо не удалось, так что процесс наоборот, решили сделать громким и показательным.

Снова увидеть Саливана Ройс не надеялся. Клирик был силён, но противники были куда сильнее. Трое архидьяконов прожили так долго, что сравнялись и даже превзошли по мощи некоторых чародеев-архимагов, сильнейших магов мира. Восемнадцать человек вошли в храм. Семнадцать из них намеревались убить одного.

Восемнадцать вошли. Вышел только один.