Белый китель, белое платье

Сегодня было не слишком жарко, и жители текли в беспорядке то к главной улице, то к соседям, то на рыночную площадь. Привыкшие к гостям-солдатам, они не обращали внимания на гуляющих и сидящих в палисадниках деменийцев, уж тем более им был неинтересен скучающий в тени капитан вражеской армии.

Глядя на их беспечные загорелые лица, он рассуждал, что война почти ничего не изменила в жизни зальменцев; казалось, что они всегда так и вели себя, маша друг другу через улицу, озабоченно крича и жарко споря за цену ли, за правду ли, добро улыбаясь незнакомцам и гостеприимно относясь ко всем.

Он понимал, что у каждого из них, конечно, есть причина ненавидеть деменийцев, но они молчали и не выказывали неудовольствия. Это мог быть лишь тщательно подготовленный план, дабы усыпить бдительность врага, заставить его верить в особенное положение на земле зальменцев. Мог или не мог?

И зачем радже требуется перемирие? Чего он добивается встречей с королём? Неужели он задумал покуситься на его жизнь и тем самым заявить о своих притязаниях на корону Демении? Но для чего ему территория, чуждая народу Зальма? И почему вот уже несколько десятилетий подряд Демения воюет с граничащими государствами?

Мортэус не заметил, как уснул в тени.

Когда чьё-то прикосновение разбудило его, солнце клонилось к закату, оставляя на небе красно-оранжевые полоски.

- Капитан, – шепнул фон Голль, боясь немилости сонного, – гонец вернулся.

- Так быстро? – поднимаясь, спросил Мортэус.

- Генерал едет сюда с сотней солдат в сопровождении и… с королём.

Сердце вдруг заколотилось. Не потому, что он видел короля лишь раз, когда молодого солдата только определили в действующую армию, а потому, что час встречи с раджой наступал слишком быстро, а Мортэус не знал, к чему быть готовым.

Следуя за фон Голлем, капитан вошёл в домик, временно освобождённый хозяевами по распоряжению генерала. Вокруг стола сидели капитаны, обращённые лицами к королю, генерал же нервно поглядывал в окно, заломив руки за спину.

- Здравия желаю! – выпалил Мортэус, отдавая честь.

Карие глаза поднялись на него, и лёгкая непринуждённая улыбка осветила лицо короля. Он кивнул, давая капитану знак, чтобы тот мог присесть, и обратился к генералу:

- Не угодно ли начинать?

Будто нехотя, пухлый мужчина отвлёкся от окна и, кашлянув, перешёл к столу. Брови его, некогда густые, поредели и держались клином, образуя на лбу неприятные волны.

- Раджа предлагает перемирие, а посему приглашает Его Высочество на обсуждение сего вопроса.