Хранительница дракона

Здесь же… людей мало даже для маленькой деревни, все тихие… — она запнулась, оглядываясь. — Мы с тобой весь вечер гуляем, а я не увидела ни одного человека, который возвращался бы из леса или с полей, хотя сейчас самый сезон. Пастухов с коровами тоже не видно было ни разу…

— Кажется, я понимаю, о чем ты, — задумчиво отозвался Рагнар. — Но ведь… Деревня маленькая и на границе двух княжеств. Кажется, для людей нормально уезжать в более… крупные и людные населенные пункты, да?

— Да, — не стала спорить Эрика.

— Просто… не знаю. Может, ты прав, и я зря себя накручиваю. Но есть ощущение, что здесь что-то не так, и мне это не нравится.

Она судорожно выдохнула и чуть сильнее сжала ладонь Рагнара. Ладони у нее вспотели, а руки — дрожали. Дыхание едва удавалось выровнять, хотя они с драконом никуда не торопились, а сердце в груди колотилось как после длинной пробежки. Эрика глубоко вздохнула и прикрыла глаза, пытаясь заставить себя успокоиться. Такие всплески паники для нее были совсем не свойственны, и это пугало еще больше.

Рагнар тем временем уловил напряженность спутницы и инстинктивно приобнял ее за плечи словно в попытке укрыть от возможных внешних опасностей. Однако улица по-прежнему оставалась пустынной, и слышен был только вой ветра.

— Кажется, сейчас тот самый момент, когда я бы совсем не отказалась от того, чтобы Грассом был рядом, — выдохнула Эрика, тут же почувствовав, как Рагнар крепче сжимает ладони на ее плечах. — С этим демоном все спокойнее, он хотя бы знаком немного…

— Да, запропастился куда-то, — сдержанно и напряженно отозвался Дракон, внимательно оглядывая пустую темную улицу.

— Как обычно, когда было бы неплохо, чтобы он был рядом.

— Закон подлости.

Эрика кивнула и нервно усмехнулась, облизывая губы.

Улице вокруг оставалась пустой. Казалось, ничего не изменилось: из источников освещения по-прежнему оставались огни в центре деревни, которые зажигали для ярмарка, да звезды с луной на небе.

В окнах домов не горел свет, ни одного человека на улице не было, и вся деревня вдруг словно замерла. Кажется, даже сверчки притихли, а ветер замер, чего-то выжидая.

Эрика невольно задержала дыхание, прислушиваясь к вечерней тишине. Почему-то подумалось, что ее паника — совершенно безосновательна и не имеет смысла. Ведь в какой-то степени это правда так: ее страх совершенно иррационален, она же не видела чего-то, что могло ее напугать или напрячь.