Стихия – Тьма

Ответом ему стал лишь долгий недоверчивый взгляд, тяжелый вздох и прирывистый шорох отдаляющихся шагов. Кажется, Алеистер до последнего не мог поверить в собственное чудесное спасение. Он ждал подвоха и не сразу сообразил, что жестокий убийца, поддавшись минутному порыву, сменил гнев на милость.

Ферро обернулся к Веронике:

– Такое добросердечие, не понимаю, но не могу отказать. Я подозревал, что ты попросишь за него. Зачем?

– Потому что… я могу его понять. – Девушка печально вздохнула и опустила ресницы.

– Живых губят безнадежные трусы и дураки, которым лучше бы поскорее стать мертвыми. Так безопаснее.

По мнению Вероники, Ферро часто говорил жуткие вещи, а еще, к ее огромному сожалению, он был кругом прав. Алеистер наделал много глупостей, но кому, как не безнадежной скиталице, понять его? Она точь-в-точь такая же трусливая и глупая, а может быть, и еще глупее…

– Ты и свои мечты считаешь безнадежными? – как бы невзначай поинтересовался красавец.

Девушка с удивлением посмотрела на собеседника, в безразличном взгляде и ленивом голосе она уловила подобие интереса. Это показалось ей как минимум необычным и хоть немного, но успокаивало. Но молчание затягивается, нужно что-то отвечать.

– Наверное, когда я начинаю думать не только о себе, они перестают быть такими безнадежными.

– У твоего зверя исключительные взгляды на воспитание, стоит отдать ему должное, на этот раз они сработали безотказно.

– И ты? – Вероника чуть не поперхнулась от удивления. Сильваер действительно вел себя очень странно, но такого она не ожидала… и уж точно не собиралась обсуждать это сейчас.

– Мне стало скучно, – живо откликнулся Ферро. – Захотелось разбавить этот приторный вечер, тем более уговор был – две ночи, а не три.

Все происшествия с трудом укладывались у Вероники в голове. Неужели козерог мог что-то предугадать заранее? Девушка просто не могла поверить в то, что кто-то может знать наверняка о событиях, которые еще даже не произошли.

Вероника подняла непонимающий взгляд на своего загадочного собеседника. Больше всего девушка должна была бояться именно его, но по-настоящему ее пугало совсем другое.