Стихия – Тьма

Не нужно бояться – и мир вокруг изменится. Прими то, что тебе не нравится, и мир вокруг изменится. Стань снисходительнее, даже самый ненастный день – это скрытый дар. Прости, полюби, когда считаешь, что это невозможно, и мир вокруг тебя изменится. – Прежде чем снова откинуться на спинку кресла, Сильваер мельком глянул в окно. – Решай быстрее, так и опоздать недолго.

– Ферро! – голос прорезался прежде, чем Вероника успела выйти из дома, тяжело переступая не желающими подчиняться ногами.

Первые десять шагов дались девушке с великим трудом, потом стало немного легче.

Она отпустила перила крыльца и, все еще слабая и неловкая, побежала по заиндевевшей тропинке навстречу огненному зареву. Деревня под холмом пылала, языки бушующего пламени вздымались выше домов, из-за чего разметанные по небу обрывки облаков словно бы светились изнутри. Девушка хорошо различала впереди, на фоне слепящей алой стены, две неторопливо удаляющиеся черные фигуры.

Повезло. Её услышали и остановились – Вероника успела вовремя.

Теперь есть небольшая надежда на то, что смертоносная сталь так и останется в ножнах.

– Пожалуйста, не надо! – Девушка глядела прямо без страха, наоборот, сказав то, что хотела, она испытала великое облегчение. Ферро молчал. Его глаза сузились, но на застывшем лице не дрогнул ни единый мускул. Кажется, он всё-таки осуждал ее импульсивность, но Веронике было нечего терять. Она решилась.

– Чародей Алеистер нужен мне. У него есть незаконченное дело, очень важное для… Для нас обоих.

Пожалуйста, оставь его!

Вероника стояла, чуть согнувшись, по-другому она просто не могла, и тяжело дышала, словно пробежала с десяток километров, а не двадцать метров по садовой дорожке. Как же она устала!

– Не могу выразить, сколь я растроган твоим милосердием. – Ферро быстро взял ее за руку и поцеловал ледяные пальцы. В другое время и в другом месте это выглядело бы изысканно и романтично, но сейчас Веронике стало жутко. – Если его жизнь представляется хоть сколько-нибудь ценной для тебя, – проговорил красавец, бросив презрительный взгляд на ссутулившегося напротив чародея, – забирай.

Девушка вздрогнула от неожиданности, но, взяв себя в руки, быстро кивнула. Алеистер угрюмо молчал.

– Кстати, я вас более не задерживаю. Молитесь своей Звезде, чтобы я больше никогда не услышал о вас. – Ферро небрежно махнул рукой, отпуская чародея. – Идите. Умрите там, где посчитаете уместным это сделать.