Стихия – Тьма

Продолжать путь было небезопасно – резкий каменистый спуск обрывался пропастью, на дне которой шумел, прыгая по камням, быстрый и холодный поток.

Девушка отлично помнила это место, всего несколько часов назад она сама прошла весь этот путь от реки до поросшего соснами плоскогорья. Она перебралась по упавшему дереву над бурлящим потоком, вскарабкалась по скользким и шатким валунам наверх и после преодолела подъем по осыпающемуся склону до заветного плато. А теперь, здесь и сейчас, ей предстоит очередное испытание… И она, кажется, готова к нему… Почти.

Вероника не могла не заметить, насколько она изменилась за сравнительно недолгое время своего пути, как обострились ее реакции и чувства. И, конечно, она просто не могла не спрашивать об этом у козерога. Сильваер объяснял такие необычные изменения естественной реакцией ее организма на постоянное пребывание подле него. Но этот факт нисколько не объяснял причины, позволившие девушке найти спрятанную на границе старую крепость, возвращаться туда, когда ей вздумается, и прийти к озеру, которое на самом деле было Вратами.

Вероника вспоминала слова козерога:

– Сейчас мы слепы, потом ты все поймешь и удивишься логике, о которой не ведала. – Сильваер буквально излучал энергию: светлую, живую. Он являлся ее неиссякаемым источником. Девушка ощущала ее так же отчетливо, как тепло солнца. В глубине души она осознавала, что меняется и собой ей уже не быть. Наверное, Вероника должна была бояться, но сейчас у нее хватало и других забот, а на раздумья, к счастью, не было времени.

Девушка остановилась над обрывом, у последнего ряда сосен. Деревья буквально стояли на оголившихся корнях, словно огромные многоногие великаны, они несли свой дозор и днем, и ночью. Крайние в шеренге цеплялись за дикий камень и ненадежный гравий, борясь за жизнь над пропастью. Другие, не устоявшие гиганты, вывороченные ветрами и дождевыми селями, лежали внизу у самой воды. Их огромные узловатые корни тянулись к небу, словно в немой мольбе, обращенной к тем, кто еще держался на краю.

Вероника прислушалась: ночной лес молчал, не было слышно ничего, кроме мерного и далекого шума скачущей по камням воды. Девушка провела рукой по своей шее, отыскивая цепочку. Звякнуло. Вероника аккуратно вытянула витую блестящую нить с висящим на ней маленьким серебряным крестиком. За ним из-за ворота рубашки будто бы нехотя появился перстень, в глубине неведомого камня мерно переливалось живое пламя.

Девушка тихо, почти крадучись, прошла вдоль склона.