Саламандра

Может, хоть так быстрее дойдёт.

— Так сразу ты не поймёшь. Для этого потребуется много, очень много опытов, или же родиться гением... — приятный мужской голос звучал умиротворяюще. Даже слишком.

— Короче, "гений", ты мне зубы не заговаривай, — Лиз, припомнив случай с автошколы, "включила колобка", — На исходе не только моё, но и твоё время. А ещё обоих миров, учёный хренов. Ещё немного — и так жахнет, что сметёт и вас и нас всех вместе взятых.

Изменения в интонации и манере разговора не прошли даром: Саймон перестал вырываться и спросил, не скрывая удивления:

— Это ещё почему?

Лиз, за последние сутки привыкшая к симбиосвязи, кинула в ответ мыслеобраз мирового древа с чёрными пятнами тлена у корней.

И тут же спохватилась: люди не способны к телепатии, её попросту не поймут!

Вмешался случай. Медальон, который Саймон по прежнему держал в руке, завибрировал, приняв сигнал. И отобразил картинку трёхмерной проекцией. В движении. С последствиями того, что будет, если не удастся освободить пленников и "плесень" разрастётся до корней.

Пробрало обоих.

И саламандру, которая до того лишь догадывалась о масштабах разрушения, не представляя их воочию. И человека,что заигрался в бога науки и опытов.

— Дьявол, это не входило в мои планы. Придётся пересмотреть, — "гений" погрузился в раздумья, продолжая разговаривать сам с собой, — Снять темпоральный сдвиг? Нет. Риск, что этот доберётся до меня раньше, чем договоримся. Деактивация пси-магнетрона? Нет, они знают, что только я могу поставить на блок без детонации.

Если базу не трогать, докопаются. Придётся бегать. Я не люблю бегать. Уйти как есть? Пара десятков лет до коллапса. Маловато будет. Мне нужно больше. Мне нужно время. Мне нужны те, у кого оно есть… Время и деньги. Новый контрактор? Значит, всё же Шин Дже Ру...

Что?! Саймон знаком с Дже Ру? И знает, как отключить подавитель?!

Лиз отпустила руку собеседника и вместо этого ухватила его за плечо и потрясла:

— Что тебе нужно, чтобы заблокировать подавитель и вернуть Миш Ри? Говори!

Мужчина — воспринимать его как юношу у Лиз уже не получалось — вынырнул из потока собственных мыслей и перевёл взгляд на огонёк, мерцающий на второй, свободной ладони саламандры.

— Ах да, точно, ты здесь! Тогда это сильно упрощает дело, — обрадованно отозвался Саймон. В неверном свете плящущего огонька его зрачки то сужались, то расширялись. А голос то и дело менял интонации и манеру разговора, словно внутри него за право высказаться боролось сразу несколько личностей.