Саламандра

И тут дверка за её спиной резко захлопнулась, отрезая путь к отступлению, а вежливо-мягкий голос произнёс из-за спины:

— Добро пожаловать, Лиза Ящеркина. А я тебя уж заждался.

Пламя на ладонях вспыхнуло мгновенно, разгоняя мрак, и Лиз тут же развернулась на звук, больно стукнувшись коленом об угол ящика.

Саймон! Сидит, как ни в чём не бывало, зимняякуртка нараспашку, знакомый свитер и джинсы. И медальон на цепочке, качается взад-вперёд, притягивая взгляд.

— А ведь ты меня обманула, Лиза. Мы договорились встретиться в парке напротив библиотеки.

И, не давая девушке вставить ни слова, продолжил размеренно-неторопливо:

— Саймон говорит, врать нехорошо. Саймон говорит, что ради тебя скрыл пробуждение ключа, а ты его подвела. Привела разрушителя. Нарушила баланс. Смотри, к чему это привело. Мне пришлось спрятаться в прошлом, прихватив с собой и тебя. Всего пару минут разницы, но растянутых на полчаса. Саймон говорит, что ты должна заплатить за потраченное время. Отдай мне своё, Лиза.

Вот сволочь! Вампирюга проклятый! Хуже чем тляйшцы, те хотя бы в доверие не втирались.

Лиз ощутила, как тело движется само по себе, только не к Саймону, а к той странной чёрной штуке по центру машины. Движется рывками, медленно, как в замедленной съёмке. А пламя на ладонях становится всё тусклее и тусклее.

И на груди под курткой что-то кольнуло: родительский медальон!

За доли секунды он раскалился добела, прожигая куртку насквозь. Но боли не было. Краем глаза девушка увидела, что кожа на груди осталось нетронутой, а бронзовый кругляшок превратился в ослепительно сияющий диск, который начал раскачиваться в такт с движениями второго медальона.

И давление приказа начало ослабевать.

Повинуясь порыву, Лиз метнулась к Саймону и ухватила его за руку, держащую гипно-маятник.

— Хочешь огонька?! Сейчас добавлю!

Тот отшатнулся, пытаясь выдернуть руку. Миловидные черты лица на миг исказились в гримасе страха и отвращения, но маска дружелюбия тут же встала на своё место.

— Говори, что ты с ним сделал! — Лиз продолжала цепко удерживать Саймона за запястье, не давая раскачивать медальон.

— Темпоральный сдвиг, — не стал отпираться юноша, пытаясь незаметно освободить руку. Впрочем, юноша ли? В неверном свете пламени саламандры на коже собеседника стали заметны морщинки, а взгляд выдавал годы, если не десятилетия опыта.

— Поясни. Только не очень подробно, — и девушка добавила жара ладоням.