Ключ от этой двери

Со мной происходило нечто подобное. Всё это время. Я боюсь верить чему-то, чтобы снова не пришлось собирать осколки своего рассудка.

– Можно, я обниму тебя?

Он поднял голову и вглядывался в её лицо, и она кивнула, сжав челюсти. Он передвинулся, укладываясь головой ей на колени, утыкаясь лицом в живот, и свернулся вокруг неё. Аяна сначала подняла руки, но потом осторожно опустила ладони и стала гладить его по волосам.

Она плакала и гладила его, пока комок где-то внутри не перестал болезненно пульсировать и не растворился , а потом согрелась от тепла его горячего тела, и мысли стали совсем неторопливыми, а веки – тяжёлыми.

Аяна откинулась немного, прислоняясь к стене, и один раз моргнула, очень медленно и плавно.

11. Осторожными шагами

Солнце медленно гладило розовыми пальцами стены, и лучи пробивались между крыш домиков напротив.

"Цим! Цим! Ле-ле-ле!" – пела птичка, прыгая где-то над головой, на крыше. – "Цим! Цим! Цим!"

Аяна лежала, спрятав лицо на груди Конды, зарывшись носом в его рубашку, птичка перелетала туда и сюда по крыше, и пение раздавалось то с одной стороны, то с другой.

Из матраса прямо в бок колола какая-то очень жёсткая былинка. Аяна поёрзала, пытаясь улечься поудобнее.

Конда шумно вздохнул, закидывая на неё ногу и руку и притягивая к себе. Она немного отстранилась, подняв глаза, и разглядывала его прямые красивые брови, чёрную клокастую бороду, ровные ноздри, длинные спутанные волосы, чётко очерченные губы, шрам на левой скуле, густые ресницы, морщинки между бровей, седые волоски на висках, запёкшуюся кровь на краешке уха.

Со щемящим чувством переполнявшего сердце счастья она прижалась к нему ещё сильнее, сжимая руками его худые рёбра, в носу защипало так сильно, до боли, что на глазах выступили слёзы, и через всё тело протянулась звенящая струна.

Он открыл глаза, поднял голову и на миг замер, потом сжал губы, сморщился и сгрёб Аяну в охапку, так, что ей стало жарко.

– Конда, – улыбнулась она грустно. – Ты раздавишь меня.

– Прости. – он отстранился и нахмурился.

– Опять ты...

Он попытался поддеть пальцем сетку с бородой, но никак не мог нащупать край.

– Чёрт. Аяна, сними это. Я хочу поцеловать тебя.

– Не хочу. Мне потом наклеивать это обратно. Целуй так. Что у тебя с рукой? Обработать рану?

– Заживёт. Ничего страшного... Нет. Я как будто целую мужчину. Нет.

– Как хочешь, – сказала она, прижимаясь обратно к его груди. – Не хочешь – не целуй. Мне и так хорошо, просто рядом.

– У меня изо рта пахнет. Прости.