Вернувшийся

Он должен был бояться и страшиться своей участи, он ведь не уйдет отсюда живым. И его Свидетель тоже. Потухнет главная красота ятоллы, прямо здесь и сгинет.

— Это случается всякий раз. Одно и то же.

— Самоуверенный, — оскалилась Гаяра. — Сколькими же элементами магии ты владеешь? Тридцатью? Сорока?

Раманд поглядывал себе за плечо. Яревена вместе с бессмертным почти лишились сил, но неугодная все равно почувствовала на себе взгляд Владыки. Махнула рукой, разрешила о себе не беспокоиться. Он еле заметно улыбнулся и вновь обернулся к своему врагу.

— Полутора сотнями, — произнес он, глядя прямо в жуткие глаза.

Лицо хозяйки Минры исказили ненависть и злоба. И она бросилась на него, поняв, что у нее нет выбора. Этот человек, что спутал все планы, что заставил ее хозяев ждать лишнее время, хвалился перед ней силой, которой у смертного быть не может. Он не ясмир, чтобы так говорить. Столько спеси, столько гордости, надо уничтожить, чтобы он наконец понял, как ошибался.

С рук Гаяры сорвалось алое пламя, она хлестнула им Раманда, как бичами, но он оттолкнул его от себя.

Отрекшаяся изуродовала себя ужасной гримасой, долженствующей напоминать улыбку, но разве только зверя. Тот и явился, ровно за спиной Владыки. Но вовсе не в него целились его острые когти. Воскресший выворотень бросился на неугодную. Гаяра тут же разожгла на своих ладонях огонь и направила его на Владыку, чтобы тот ослеп, пропустил важную секунду. Но сквозь него пролетел короткий меч, она еле успела отвернуться от грозного оружия, от которого веяло силой правящих. Клинок развеял пламя.

Пришедший дух Аркоста — огромная черная кошка — разрывала когтями и зубами выворотня. Заблудший, которого сразил Раманд в ту ночь, не имел головы. Запретные с удовольствием возвращают к жизни любое живое существо за очень дорогую цену, но только в том виде, в котором оно было в миг своей смерти. Дух покончил с выворотнем так скоро, будто тот не нес в себе магию Запретных. Кошку обожгла застывшая в жилах кровь заблудшего, и она фырчала и рычала, отираясь об нее лапами.

Эти раны болезненны, но пройдут. Главное, что она вовремя помогла своему хозяину. Она осталась на защите бессмертного и бывшей жрицы.

Раманд знал, что Яревена успела покончить со своим ужасным деянием, и Кмар-Яцын больше не мешал путям-дорогам стелиться вокруг. А восстановившему силы духу ничего не стоило самому открыть и проложить новую тропу, чтобы оказаться здесь. Владыке ни на что не пришлось отвлекаться.