Вернувшийся

Прозвучало приказом, даже круг огней вспыхнул ярче, поддерживая слова Дэо-Аюма.

— А если скверна не исчезла? — медленно произнес Раманд.

— Порченая кровь за язык тянет? — грянул голос Дэо-Аюма.

— Я отдаю себе отчет в том, что говорю.

— А в том, что я тебе голову снесу за твои сомнения в моей силе? — прищурился бессмертный.

Смертный ничего не сказал.

— Ты избрал Отвергнутых, но мы, Пантеон, от тебя не отрекались, так что ты в нашей власти, — он осушил кубок и с грохотом поставил его перед собой на стол.

— Я знаю, но остров… — Раманд сопротивлялся силе и воле. Уже было тяжело, хотя бог еще на него не давил, все еще просто сидел рядом. Каково было Яревене противиться проявленной и направленной только на нее силе?

— То проклятое место исчезло под силой главы, — рыкнул Дэо-Аюм. — Хотя я бы оставил вам в укор, чтобы вы все по третье колено помнили, на что осмелились. Все, иди, выполняй, что должно!

— Хорошо.

Владыка должен был подчиниться, хочет он того сам или нет.

Поклон вышел еще менее охотным, чем вначале.

Бессмертный покачал головой. У таких, как Владыка Хаэссы, спина не согнется, даже если на них скалу обрушить. Когда под закалкой превращаешься в сталь, другого быть не может. Надо было его меньше по миру гонять, а в путешествиях стращать поболе, а то вон что вышло. Теперь только норов и проявляет, попробуй с таким справиться.

— Услады! — громыхнул голос бессмертного за спиной, когда Раманд вышел их храма. Жрицы понесли Дэо-Аюму вино и фрукты.

Тень легла хозяину Аркоста под ноги.

— Неужели я только зря время тратил? — произнес он еле слышно, и тень встрепенулась всеми своими щупальцами.

Чтобы никто его не увидел и чтобы дальше не быть на обозрении у людей, что так и толклись у храма, Раманд вернулся в Аркост. Все равно нужно слово бессмертного выполнять. Как только согласовать с ним свою тревогу в душе?

Яревена сидела на открытой террасе, замерев в ожидании, кошка лежала у ее ног. Обе знали, куда их хозяин ушел, обе ждали, с каким ответом возвернется.

Тут уж не до глупостей, да и толку по углам прятаться, судьба всюду находит.

— Все, — одно слово ответом на дюжину вопросов.

— Я отмучилась? — неугодная надломила бровь.

— Как Пантеон терпел тебя? — скрипнул зубами Раманд.

Она пожала плечами.

— Но мы не знаем, кто стоял за этим, — все же нахмурилась бывшая жрица.

Так не должно быть. Нельзя останавливаться вот так, даже если планы врага попраны, даже если рухнули в бездну под силой бессмертного.