Сегодня изменит все

Резко развернувшись на каблуках, он направился к двери, обогнув безучастно стоявшую поселянку.

— Да как же это?! — воскликнула она.

— Ната… ты мне мать заменила, не хочу неблагодарной быть. Не удерживай! — попросила Нарьяна.

Та лишь руками всплеснула.

— Удержишь такую, как же.

— Благослови… — Нарьяна подошла к приемной матери, поклонилась.

Иржик во все глаза смотрел на то, как бледнел покойник, когда она отдалялась. Вот кожа посерела, облепила череп, заострились черты, черные блестящие глаза выцвели и померкли.

Поселянка тоже увидела, взвизгнула, в приемную дочь вцепившись и к груди прижимая, задрожала.

Айвен же подскочил к ним, ухватил Нарьяну за плечи и развернул:

— А ну-ка, красавица, смотри! Уверена, что с ним таким сорок сороков прожить хочешь?!

Иржик ждал, что она разрыдается, закричит, испугается, рухнет в обморок… но не улыбнется. Однако Нарьяна улыбалась и в глазах ее было все, что угодно, но не страх и не отвращение.

— Глупый ты, колдун, — сказала она. — Он ради меня смерть презрел и преодолел, с того света вернулся, отверг мир загробный, вечность решив рядом прожить. Не отказываются от такого, к тому ж люблю его сильнее жизни.

— Со мной пойдешь, — велел Айвен. — Поможешь супротив проповедника-еретика. Убьешь его, плотью и кровью человеческими поживишься. Я отпущу и тебя, и ее.

Он сощурился, ожидая.

— Помочь — можно, — голос мертвеца не изменился, все тот же мягкий, чуть рычащий.

Айвен фыркнул.

— Мертвое не врет, колдун! Не убиваю, не пожираю!

— Уходите, — вздохнул Айвен. — Оба!

Поселянка вцепилась в Нарьяну сильнее прежнего:

— Небрачные?!

— Кто о чем, а вшивый о бане! — не выдержала девица, но затихла, когда Айвен глянул на нее пристально, одновременно весело и зло.

— Недолго две души, и без меня связанных, окончательно притянуть друг к другу. Только навсегда ведь.

— Того и хочу! — заявила Нарьяна.

Покойник промолчал, только голову склонил.

— С тобой и так ясно.

— Хочу, — произнес покойник.

Айвен направился к печи, подпер ее спиной, словно нашел точку опоры, протянул руки к влюбленным.

— Идите тогда.

Уговаривать не пришлось. Мертвец подошел первым, Нарьяна, чуть погодя, обнявшись с поселянкой (Натой — поправился Иржик, припомнив имя) и что-то шепнув ей на ухо. И та отпустила, больше не сопротивляясь чужому решению.