Сердце рассвета

- Вы хотите не этого, верно? Вы пришли сюда за другим.

Джинн хмыкнул, словно я сказала что-то смешное.

- И зачем же мы пришли, по-твоему, маленькая девочка? - словно змей прошептал джинн, а очи его засверкали в тысячу раз сильнее. Они точно молвили, умоляя меня произнести это вслух, но я медлила, не желая верить.

Джинны были хитры и изворотливы. Они были легки, как ветер и губительны, как огонь. Если бы они желали лишь смерти сына Солнца, то род его прервался бы еще тысячу лет назад. Но что-то оберегало детей Лучезарного воина, позволяя им и дальше править Вечными песками.

Значит, демонам нужен был вовсе не властитель пустыни, а нечто иное.

Мое проклятие вступило в силу с рассветом, с того момента, как солнце отмерило мне восемнадцать лет. Проклятие, что отнимало у наших дочерей самое ценное, самое дорогое и важное в жизни...

Для меня это была свобода. Странствия, что подогревали мое сердце подобно яркому костру.

Джинн улыбнулся, так, словно кровожадный убийца обнажил клинок, и прошептал:

- Я слышал о тебе, Раяна, о твоей мудрости и смиренности.

Мои джинны говорили, что ты подобна Луноликой деве, нашей госпоже. И лишь, поэтому ты и сумела покорить сердце короля, - он замолк, вновь давая мне время на решение.

Я ведала, чего он хотел, и ощущала, что должна добровольно это сделать. Но моя душа, стремящаяся к странствиям, не давала мне совершить эту ошибку.

- Сделка наша будет проста, королева Вечных песков, - продолжил король, не дождавшись моего ответа. - Ты явилась ко мне, зная то, что отдашь, и точно знала, чего я желаю.

Осталось лишь только пересилить себя и обратить сделку в слова.

Я беспомощно опустила плечи, признавая его правоту.

- Мой муж правитель, под властью которого находиться вся бесконечная пустыня. Он повелитель кочевников и горожан. Оазисов и касров. Любимый сын Солнца и Луны, а я отныне его королева. Жена, которую пред ликом своего народа он поклялся защищать. Так вот. Я желаю заключить с вами, демонами, сделку, где ты получишь то, что так жаждешь, но взамен, твои демоны оставят мой народ и более смертей не будет, - отчеканила я, слыша, как в ушах барабанит мое сердце.

- Я предлагаю тебе, король ифритов, себя, взамен на людские жизни. Смерть моего супруга тебе не простят, как не простят емупотерю той, кого он только что поклялся защищать.

Поступок мой казался верным и правильным, что должен был уберечь народ пустыни от зла, но еще и освободить мою душу. Быть может, повелитель Хааким стал бы мне хорошим мужем.