Огненноликая

Она была моей певицей крови. Я думал, что люблю ее, убедил ее в этом, она полюбила меня, но после ее обращения мои чувства к ней остыли, поэтому мы расстались. Она делает это от отчаяния и боли, — сказал я, испытывая при этом тошнотворное чувство, словно изливаю душу перед самим дьяволом.

— Почему вы защищаете ее и берете ее вину на себя, она ведь больше не член вашей семьи? — в холодном недоумении произнес Алек.

В их умах было глухое непонимание. Я не знал, как объяснить им — почему. Как объяснить слепому, что такое цвет? Как объяснить глухому, что такое мелодия?

— Потому что чувствуем свою вину за то, что с ней произошло.

По крайней мере, я чувствую. Она не должна была подвергнуться нападению и стать вампиром. Если бы не я, она сейчас была бы человеком.

— И что с того? — презрительно фыркнул Алек, а Феликс ехидно усмехнулся.

Только в мыслях Деметрия я прочел нечто, смутно напоминающее понимание.

— Кто обратил ее? — бесстрастно поинтересовалась Джейн.

— Формально вампир-кочевник по имени Джеймс.

Он хотел убить ее, мы не позволили. Но он успел укусить ее, и она обратилась. Мы взяли ответственность за нее на себя, — объяснил я.

Тут снова заговорил отец:

— Джейн, я прошу передать Аро мою просьбу, я прошу его об одолжении по старой дружбе — дать Белле шанс.

— Вольтури не дают второго шанса тем, кто нарушает закон, — жестко произнесла она.

Я смотрел в ее ангельское личико и слышал ее дьявольские мысли, чувствуя невероятный диссонанс.

— Мы знаем это, и все же я прошу Вольтури проявить милосердие и сделать исключение.

Я никогда раньше не просил ни о чем подобном и был бы очень благодарен за проявленное снисхождение, — мягко и вежливо, как всегда, продолжал Карлайл.

Я знал, как тяжело отцу просить об этом, ему и без того было крайне неприятно общаться с представителями клана, с которым он когда-то недолго прожил и как никто знал их сущность кровожадных убийц. Он предпочел бы вообще не иметь с ними дела, но сейчас переступил через свои чувства в отчаянной попытке помочь.

Джейн еще не ответила, но я уже знал, что если Вольтури и дадут шанс, то только нам, и все благодаря старинной дружбе Аро с Карлайлом.

— Владыки очень недовольны. Надеюсь, мне не нужно объяснять, какое разочарование они испытывают в связи со сложившейся ситуацией? В знак дружбы Аро и так уже проявил снисхождение, решив не карать вас, как вы того заслуживаете. Но это последнее предупреждение. Другого шанса у вас не будет.