Невидимка

— Неужели не хочешь увидеть, как изменился мир за это время? Попробовать что-то из того, что готовят только на поверхности, в ресторанах?

Ева не ответила, задумчиво рассматривая обложку книги, и Игорь решил оставить её подумать в одиночестве.

Когда он вернулся через пару дней, то снова испугался — Евы не было в камере. Игорь первым делом подумал, что его предложение побега услышали наблюдатели, и Еву куда-то перевели. Потом испугался опять, когда плед приподнялся с дивана.

У них получилось, понял он.

— Меня совсем не видно? — прозвучал обеспокоенный голос Евы.

— Да. Это плохо?

— Да. Ведь если я окажусь невидимым вне этой комнатки, я могу потеряться и сама себя не найти.

— То есть, они собираются выпустить тебя?

— Да, мне сказали, что возможно. Со временем я смогу отсюда выйти.

Но время шло, и Игорь начал понимать, что Еву обманули. Никто не собирался её отпускать, и поговорить им удавалось все реже. У подопытной больше не было времени даже на книги, да и сам шкаф с пыльными фолиантами убрали, вместо него поставили другой, с медицинскими препаратами.

День и ночь за ширмой суетились ученые, при них Ева была молчалива и сдержана. Каждый день они проводили какие-то манипуляции с её телом, тестировали его. От этого уставал даже Игорь, что уж говорить об Еве, которая все это на себя принимала.

Остальные подопытные могли покидать клетки. Сбежать у них все равно не получилось бы — под кожей каждого был вшит чип с отслеживанием. У Евы шрама от чипа не было, но её никогда и не выпускали дальше аквариума, даже еду передавали через герметичный отсек.

Игорь не понимал — Ева не выглядела ни буйным заключенным, ни слишком дорогим экспериментом. Возможно, если бы её выпускали хоть иногда, Игорь не проникся бы к ней такой жалостью, и в голову не пришла бы мысль помочь ей бежать. Игорь считал, что к Еве относились хуже, чем к опасным преступникам, на которых тестировали болезни и лекарства.

Когда казавшиеся бесконечными эксперименты закончились, и тело Евы снова было полностью видимым, оказалась, что голову ей обрили.

Она больше не читала, только лежала на диване и дремала. Но она всегда открывала глаза, когда Игорь здоровался с ней, и улыбалась. И неизменно мотала головой, когда Игорь спрашивал, не больно ли ей.

***

— Кто помогал вам устроить побег? Вы не могли сделать это в одиночку, — механически продолжает голос. Игорь не слушает его. Он там, в прошлом, и не хочет возвращаться, не пройдя путь заново.