ЦИОНА-воительница

Что? Как это понимать? От такого ответа я потерялась. Но он утолил мое любопытство.

— Тебе еще рано быть здесь. Столько еще впереди… Да и как без тебя Арес будет жить?

— Арес?

— Да, он достойный мужчина, и я рад, что ты его встретила.

— И вы не злитесь? Он ведь… — мне не хотелось произносить следующие слова, так как я считала, что он самый лучший и благородный.

— Знаешь, я столько смотрел на горе твоей бабушки и видел, как ей тяжело жить в браке с нелюбимым. Да и я сам… лучше не будем о печальном. Но я хочу, чтобы ты знала, я благословляю вас.

Да, и я уверен, что сами Боги свели вас… Что-то мы заболтались. Тебе уже пора.

— Что? Куда пора, о чем вы, батюшка?

Я машинально протянула руку и хотела ухватиться за него, но перед глазами все начало меркнуть, словно меня куда-то затягивало, и теперь я видела батюшку уже вдалеке. Он все отдалялся и отдалялся. А я начала падать, и мое сознание теряться, пока я совсем не растворилась в небытии.

Я так и не поняла, в какой момент мое сознание начало возвращаться.

Так как посторонние звуки усилились. Щебетали птицы, непонятный металлический звук, который играл мелодию. И те помаленьку начали усиливаться и звучать более приятно, чем вначале.

Попыталась открыть глаза, но сил не хватало. Тогда я попробовала ощутить свое тело, но все было напрасно, словно оно мне не подчинялось. Только один-единственный слух.

Странно было то, что меня не охватила паника. Словно само тело понимало, что происходит, и оно не позволяло мне волноваться. Не знаю, сколько я так пролежала, прислушиваясь, но смогла расслышать новый звук — скрип.

Кто-то где-то поднялся? Да, точно! Это кресло скрипело, а теперь этот неизвестный ходит по полу. И шаги такие тяжелые, явно мужские. И они приблизились ко мне. Хоть я и не видела, но была уверена, что он смотрит на меня.

В этот момент мне так хотелось открыть глаза, и я старалась, но все никак.

— Да хватит на нее пялиться. Жива она. Сам ведь видишь, что рана почти зажила, — заговорила женщина совсем молодым голосом.

Не понимаю, как я могла ее не слышать до этого, если она заговорила будучи совсем рядом. Даже шаги предполагаемого мужчины так не напугали, как эта женщина. Голос вроде и нормальный, но было в нем что-то такое, отчего мурашки по коже. Хотя этих мурашек я до сих пор не ощущала.

— Да понимать я понимаю, но ведь уже пять дней прошло… кроме затягивающейся раны никаких изменений, — такой измученный и отчаянный голос мужчины, что даже я ощутила его боль.