Подменыш

А однажды поздним солнечным утром Черной проснулся от скрипа двери и увидел Нежинку в дверях – в нелепом зипунишке, в который можно было вместить двух таких девок, в сером козьем платке, сползшем на лоб, в валяных сапогах. Она держала за уши дохлого зайца и широко улыбалась, как всегда – во весь рот.

– Гляди-тка, какого зверюгу я раздобыла! Любишь зайчатинку?

И Черной поймал себя на том, что улыбается в ответ, – такая она была смешная, милая, безобидная. Ни камня за пазухой, ни хитрости, ни расчета. За всю жизнь он полностью доверился только одному человеку – богатому страннику на Дертском тракте, но случилось это давно и более походило на сон, чем на воспоминание.

Стрелы пробили легкое в двух местах, ночью Черной задыхался, а по утрам ему не давал покоя кашель, отчего раны кровили и сильно болели, но днем становилось легче, и на закате, когда солнце светило в окно, Нежинка меняла повязки: поливала раны едкими травяными настоями, густо мазала темными зельями, прикладывала мох, шептала на раны и дула, успокаивая жжение.

Еще она Черного жалела – когда особенно ему бывало плохо, обнимала, целовала в лоб, гладила, говорила слова утешения. И он, привыкший к совсем другим ласкам, удивлялся поначалу, недоумевал, не мог принять как должное и даже боялся – но потом понял, что не знал в жизни ничего более сладкого, потому что это была не женская, а материнская ласка.

В сумерках Нежинка снова разжигала очаг, кипятила и стирала тряпки для повязок и просто сидела возле его постели за разговорами.

В один из таких долгих вечеров он и рассказал ей о незнакомце с Дертского тракта – и о том, как часто потом видел его во сне, и в снах этих богатый странник всегда предостерегал от грядущей опасности.

– Так это Живущий в двух мирах! – воскликнула Нежинка с восторгом. – Вот же повезло тебе!

– Почему ты так решила?

– Ну как же? Он всегда помогает так, что ты должен что-то и сам. И несправедливо обиженных он защищает. И никогда потом не оставляет тех, кому помог, – проверяет, пригодилась ли его помощь.

– Сказки это, – хмыкнул Черной. – А в сказках помогают только добрым да хорошим.

– А ты разве плохой? Ведь нет… Я знаю…

– Может, знаешь, и зачем я тебя запер тогда? – Губы сами расползлись в горькую усмешку.

– Конечно. Если бы не Синий Снегирь, была бы я твоя добыча.

– И по-твоему, я не плохой?

– Кто ж знает, как судьба сложится? А может, я бы тогда богатыря родила, черненького и голубоглазого? И стал бы он самый сильный воин в Цитадели.