Cursed: cold embrace of the wind.

А сегодня попытался принудить меня в конюшне! — подхваченная несправедливостью и возмущением, я рассказываю ему обо всем, что было, на секунду даже забыв перед кем я стою. Но когда Габриэль открывает свой рот я понимаю, что натворила.

— И что? — он смотрит с отвращением, фыркая. — Это ваш супружеский долг. Что вас в этом смущает?

— Но... Но он... — я в отчаянье развожу руками, не найдя в его глазах хоть долю сочувствия и поддержки.

— На этот раз вы не будете сопротивляться. Теперь вы порочны. И если вы откажитесь от помолвки или сбежите, то все узнают о том, что было.

— сухо и не заинтересовано угрожает мне он. Впервые я чувствую себя полностью пойманной, загнанной в клетку канарейкой.

Его слова больно колют сердце, отчего я почти рыдаю. Ох, мама, папа... Если бы вы были сейчас живы этого бы не было. Как же мне вас не хватает. Ведь я совсем без вас ничего не могу... Абсолютно.

— Если бы домогались вашей дочери, господин? Леди Катрин. Вы бы так же поступили? — полностью разбитая, смешанная с грязью, и упавшая в своих глазах тоже, я решаю надавить на последнее, что у меня остается.

Смотрю на побледневшего дядю. Его очерствевший взгляд пугает меня.

— Но вы не она.

Легко отвечает он, и я понимаю, что это конец.

— И приберите себя. — вызывая во мне стыд, говорит он, намекая на расстегнутую рубашку.

Больше я никто. Я потеряла последнее что у меня было — честь. И если я откажусь от заточения, поддамся свободе, которую так люблю, то потеряю её навсегда... Это нечестно. Абсолютно.

Почему это происходит со мной? Каждый раз мне приходится чем-то жертвовать, терять что-то дорогое... Я так не хочу...

***

Меня ничего не привлекает. Кажется, все неудачи мира вдруг свалились на меня, раздавливая этим грузом. Я и вправду чувствую себя подавленной, полной тоски и боли, как прежде. Давно я такого не ощущала. И ни один мужчина не может закрыть ту дыру, что внезапно во мне открылась.

Холодный ветер растрепал мои черные волосы, продувая меня насквозь, и даже норовя унести с собой в небо.

Ах, а я и не против. Вот бы улететь куда-нибудь и ни о чем не думать... Как круто бы было. Но новая порция обезоруживающего меня ветра ударяет в лицо. Я сжимаюсь, дрожа, как осиновый лист и ускоряя шаг.

Резко меня пугает хлопнувшая дверь конюшни. Оборачиваюсь.

Маленькая, худая женская фигурка, чьи волосы так же теребило ветром, стремительно убегала из здания в замок. Отсюда я вижу, что рубашка её расстегнута, а лицо все красное.