Ведьмины тени

Единственной вещью, претендующей на хэллоуинское украшение, была гирлянда, повешенная Марой на полки с баночками кофе позади стойки. Стеклянные оранжевые тыквы рассеивали рыжий свет по всему прилавку и немного слепили глаза каждый раз, когда я поворачивалась за очередным сортом кофе. Мара на моё возражение лишь пожала плечами и попросила потерпеть до завтра, а на вопрос, не является ли гирлянда магической, закатила глаза и тяжело вздохнула. А в остальном — это было просто помещение, укомплектованное нужным количествам мебели, без претензий на какой-либо стиль.

— Например, что? — спросила я, по-глупому не сдержавшись.

— Например, ты, — он вдруг разом обрёл уверенность, опираясь на скрещённые локти и наклоняясь вперёд. — Где метла и шляпа?

— В другом измерении! — фыркнула я, мгновенно раздражаясь и расставаясь со страхом. Он меня выбесил — хотя бы тем, чёрт возьми, что в конечном итоге оказался прав — сегодня я была ведьмой. — Будешь что-нибудь заказывать?

Мара натаскивала меня неделю — всю неделю я зазубривала до автоматизма одну простую и вежливую фразу.

— Ни «что вы хотите?», ни «что я могу вам предложить?» и ни «чем я могу вам помочь?», — терпеливо объясняла она мне. — Любая из этих фраз потенциально опасна — она даёт простор воображению. «Будете» подталкивает человека к решению по типу «да» или «нет», «что-нибудь» отправляет его к ассортименту, «заказывать» предопределяет его действия. Он не думает больше ни о чём, кроме кофе и булочек, или понимает, что заказывать не хочет. И не вздумай расстраиваться, если клиент уйдёт — продать как можно больше кофе не входит в приоритеты этого заведения.

Джексон не купился. Он продолжал пристально смотреть на меня — тем самым взглядом, который первый раз у него появился четыре года назад — игривый и немного расчётливый. И молчал — слишком долго для обычного заказа. А затем вдруг вздохнул и опустил глаза, но тут же поднял их снова, но уже не горящие, а обманчиво-спокойные.

— Сделай мне, пожалуйста, кофе.

— Какой? — буркнула я, отворачиваясь и доставая стакан.

— На твой вкус, — прилетело мне в спину. А меня накрыло внезапно той самой слабостью. Я будто со стороны видела, как моё тело уже привычно заряжает кофемашину, вливает на дно стакана чайную ложку Амаретто, высыпает полпакетика сахара и ставит его под ароматную струйку. Джексон молчал, сверля мою спину взглядом.

— Твой кофе, — коротко проинформировала я, накрывая стакан крышкой и поставив рядом с его рукой.