Уж замуж... Второй раз?

— Хорошо, когда господам плевать на сотню-другую золотых, уплывших из домашнего бюджета в карманы таких шустряков. А вот если едва сводишь концы с концами? За каждый медяк начнешь торговаться.

— Ах да, я забыл, что твой отец почти разорен, — с сочувствием произнес Петер. — Понимаю. Нелегко тебе приходилось.

Я опять усердно принялась писать, пониже наклонив голову — лишь бы не встретиться невзначай взглядом с Петером.

Да не о Дугласе я говорила. Я говорю о своей бывшей жизни. О том страшном тоскливом времени, когда я экономила на еде, лишь бы купить новые сапоги и куртку к зиме, и прятала свои скромные заработки от мужа, способного спустить все мои деньги за один вечер в пьяном угаре.

Несколько минут в кабинете царила тишина. Устав стоять рядом, Петер вернулся к себе за стол. Вновь принялся перекладывать бумажки.

Я изредка косилась на него и каждый раз при этом негромко хмыкала. Мысленно, понятное дело. По-моему, ничем полезным он не занимается. Даже бардак не пытается разобрать. Лишь усугубляет его по мере сил и возможностей.

Кстати, а может быть, среди всего этого хлама и зарыта драгоценная карта? И это своего рода маскировка?

В таком случае, Петер выбрал не самый лучший способ спрятать важный документ, раз Агнесса его уже отыскала.

Кстати, насчет последней.

— Ты сказал, что слугам запрещено тут убираться, — проговорила я, по-прежнему опустив голову и усердно делая вид, будто меня занимают только счета. — А что насчет зимы?

— А что насчет зимы? — удивленно переспросил Петер, замерев с каким-то листом в руках.

— Ну, насколько я поняла, зимой полноправной хозяйкой замка остается твоя дочь, — пояснила я и в упор посмотрела на Петера. Вкрадчиво поинтересовалась: — Неужели она ни разу не заходила в твой кабинет?

— Зачем ей это? — сказав это, Петер запнулся.

Вспомнил, наверное, что совсем недавно точно такими же словами ответил мне на вопрос по поводу заброшенной спальни его отца.

— Все девушки любопытны. — Я снисходительно улыбнулась. — Не думаю, что твоя дочь исключение.

— Этот замок — не фамильное гнездо Агнессы! — резко ответил Петер. — Официально она не признана мною. Но я обещал ей хорошее приданное и выгодную партию.

— Выгодную партию? — с еще большим сарказмом повторила я.

Ох, Лариса, язва ты еще та! Хоть не забывай ресничками-то хлопать. А то вон как Петер встрепенулся, уловив в моем тоне ядовитые нотки.