Из тени вышла тьма

— Только чай или изволите поужинать?

Хотелось добавить лебезящих ноток, чтобы осознал — на самом-то деле любезничать не собираюсь, но поняла — точно будет лишним.

— Чем угостите, — ответил нежданный гость.

По традициям любого небольшого поселения гостя обязательно нужно накормить от души, чтобы из-за стола выбирался с трудом и отходил утиной походкой. Только вот гость у меня необычный. Не будет же он поздним вечером наваристый, с крупными кусками мяса, суп вкушать? С лепешками, натертыми чесноком. Хрустящую квашеную капусту, сдобренную ароматным маслом, кольцами лука и ломтиками соленых огурцов.

Я подперла голову рукой и наблюдала, как Падуану ест. С аппетитом, выдающим отсутствие сегодня у него обеда. Сыскарь даже жмурился от удовольствия, разламывая очередной пирожок, отправляя его в рот и запивая большим глотком чая.

С супом, лепешками и капустой он расправился значительно быстрее. А теперь, вот, растягивал удовольствие.

Он поднял на меня глаза и показалось, будто смутился. Промокнул рот салфеткой и произнес:

— Спасибо, все очень вкусно. Вы замечательно готовите.

— Я готовила только суп, — не стала держать гостя в неведении. И поймала в его глазах толику разочарования. — Знаете, в деревнях лекарей принято награждать не деньгами за работу. Продуктами, например. Еще кофт-свитеров мне вот, навязали. Рукавиц.

— Но ведь Брышев не деревня.

— Поселок, — подтвердила я. — Но нравы… Сами понимаете.

— Это вы сейчас мне намекаете, что ждете оплату за услугу?

Я растерялась. Как он, однако, выкрутил.

— А у вас есть лишние продукты? Или готовить умеете? А может быть… — я прошептала: — вязать?

— Может быть, — ответил он в типичной для себя манере.

Пожала плечами и принялась убирать со стола. Падуану не сводил с меня взгляда, в котором сквозило любопытство. Но такое, ленивое. Как у сытого кота, который наблюдает за мышью.

Хорошо, что я все же накормила кота.

— Итак.

Я сложила руки под грудью и повернулась к сыскарю.

Он сидел, я стояла, упираясь спиной в стену. Вот только не я смотрела сверху вниз. В переносном смысле, конечно.

— Экая вы нетерпеливая, — покачал головой сыскарь. — А как же рассказать интересную историю? Ведь так дальше принято развлекать гостя?

— Вы же устали, вам отдохнуть нужно. Вон какие глаза красные, а под ними синяки…

— Синие?

— Синие, — хмыкнула я. — С фиолетовым отливом. Лицо…

— Бледное? — вновь подсказал Падуану.