Игра бабочек

— Я принесу сабо господину.

Элорри недовольно замахал рукой, торопя своего человека. В следующую минуту испанец поднялся и, присев на корточки, протянул руки к пламени. Тепло начало добираться и до Регана, но холод от гранитных плит на полу все равно проходил даже сквозь толстые носки. Действительно, даже деревянные башмаки сейчас бы не помешали.

Телохранитель тоже успел переодеться, вот только одежда его мало отличалась от того, во что он был одет во время их встречи. Персидский плащ исчез, но темно-зеленая куртка и мягкие шаровары были один в один, как и в экипаже.

Не поднимаясь с места, ибер произнес неожиданно усталым, глухим голосом:

— Перекусим. Я что-то здорово проголодался, да и ты, думаю, тоже. Тем более, совсем скоро нам предстоит долгая дорога и неизвестно, когда вновь удастся сесть за стол.

Помощник испанца вернулся спустя несколько минут, принеся поднос с ломтями хлеба, ветчины, парой луковиц и яблок. И с бутылью полной мутноватой жидкости.

Элорри подошел к столу и налил напиток в глиняные кружки.

— Давай, выпьем. Необходимо согреться. Кровь побежит по венам быстрее, и мысли прояснятся. Думаю, тебе это понадобится.

Первый глоток обжег все небо, но Реган продолжил пить, отставив в сторону уже пустую кружку. Вгрызаясь в чуть зачерствевшую, но все равно очень вкусную краюху хлеба, маг подумал, что отрубиться сейчас, было бы не самым плохим вариантом. От предстоящего разговора с загадочным собеседником маг не ожидал ничего хорошего. Впрочем, принц уже догадывался, с кем ему предстоит встретиться, вот только, что могло быть целью этой беседы, пока оставалось вне его понимания.

— Добрый самогон. Неплохо было бы повторить, но нельзя.

Элорри не скрывал разочарования. Очистив луковицу, он разгрыз ее с явным удовольствием и начал сооружать себе грандиозный бутерброд из нескольких слоев ветчины и хлеба.

— Не теряйся парень. Время не ждет.

Реган последовал примеру ибера, и некоторое время мужчины сосредоточенно жевали, не пытаясь вступать в подобие разговора.

Парень-слуга вернулся еще раз и поставил перед Реганом пару простых крестьянских деревянных башмаков, которые оказались как раз впору.

Молодой испанец или кельт улыбнулся довольный собой.

— У меня глаз наметанный. Папаша все-таки был сапожником в Сагунте.

Элорри стер со рта прилипшие крошки и поднялся с явной неохотой.

— Ну что же, пойдем.