Игра бабочек

Дар позволил себе только расстегнуть самую верхнюю пуговицу на своем мрачном камзоле. Мальчику нравился облик сурового воина, разбирающегося с проблемами элегантно и легко. Большинству таких как Дар хватало одного падения с небес на землю, чтобы потом смотреть на вещи намного серьезнее. Возможно, так и случилось. Во всяком случае, парень старался изо всех сил. Изучал, проверял, следил, старался узнать все обо всем и обо всех. С другой стороны, может быть, в этом и заключалась вся проблема. Но кто бы вел себя по-другому, прожив столько лет в пустыне и внезапно очутившись среди стольких неровно дышащих девчонок? Ярне самому приходилось несладко, но за столько лет пришлось понять одно важное правило.

И оно гласило: не на работе.

Обогнув палатку, они оказались в тени огромного векового дуба. Ветви дерева толщиной превосходили тело человека. Среди веток потоньше уныло свисал обрывок веревки, теряясь в вышине среди листвы. Давнишний дикарь-колдун сидел на корточках рядом с еще двумя такими же плосколицыми и узкоглазыми то ли охотниками, то ли воинами.

Одеты черноволосые мужчины были в потрепанные армейские мундиры и молча выпускали дым из длинных трубок. Рядом на траве лежали лопаты и топоры на длинных рукоятках. Корни дерева от времени тут и там вылезли из земли и вздымались застывшими щупальцами гигантского чудовища. А у самого ствола за спинами примостившихся поудобней людей лежали завернутые в парусину и затянутые шнурами два предмета, формой и размерами полностью соответствующие человеческим телам.

Майор некоторое время стоял, опершись обеими руками на трость и задрав голову вверх. Вся верхушка дуба была усеяна воронами. Мрачные птицы сидели неподвижно и молча смотрели немигающими черными глазами на людей внизу. Сколько их было там, наверху? Кто знал. Десятки, может даже сотни. В гнетущей тишине чувствовалась готовность черной стаи ожидать сколь угодно долго. Они ощущали себя настоящими хозяевами этого места.

Даже если это зрелище и произвело какое-то впечатление на Феррера, то по его виду сказать это было нельзя.

Он направил трость в сторону сидящих и произнес спокойным тоном, тщательно выговаривая слова, будто он разговаривал с маленькими детьми:

— Весьма скверно. Я думал, вы уже справились. Неужели это так сложно?

Один из двух дикарей, сидящий у самого ствола, не выпуская изо рта трубку, медленно поднял руку с пальцем, указывая куда-то наверх. И свисавшая с ветки веревка с глухим звуком упала прямо под ноги майору.