(Не) пара для короля

Наклонилась ко мне и заговорщицки прошептала: - Согласись, Дарриэль – настоящий красавчик. Только учти, подруга, конкурировать тебе придется не только со мной. Да в этом зале каждая первая мечтает заполучить на крючок столь крупную рыбку!

- Поверь, я тебе не соперница в этом деле, - холодно проговорила я, начиная уже раздражаться от слишком развязного поведения Аниты.

- Да неужели? – вдруг вступила в разговор рядом стоявшая девушка, которая, как оказалось, внимательно слушала наш разговор. Многозначительно ухмыльнулась и протянула: - По-моему, леди Квинси, вы слишком рано празднуете победу.

- Простите?

Девушка улыбнулась еще шире и провела рукой по высокой прическе, словно проверяя, не выбилась ли из нее какая-нибудь прядь, при этом невзначай сверкнув холодным блеском бриллиантов на старинной тиаре.

К слову, в отличие от моей взбалмошной и слишком откровенной собеседницы, выглядела она именно как аристократка до мозга костей. Темноволосая, высокая, изящная, с тонкими чертами лица. Над созданием ее изумрудного наряда из тяжелого дорогого бархата явно работали лучшие портные двора.

- Вы прекрасно поняли, что я хотела сказать, - процедила она. – Естественно, леди Эйб вам не соперница, потому как вы уже запустили свои коготки в эту добычу. Лучше скажите, как вам удалось заставить лорда Тиррольда стать вашим сопровождающим на бал? Я ведь видела, что в зал вы вошли вместе.

«Так получилось».

Я прикусила язык, не позволив фразе сорваться с него. Эдак все решат, будто я оправдываюсь.

- Ну ты и быстра, подруга! – с обидой воскликнула Анита. Нахмурилась и задумчиво протянула: - К слову… Квинси? Ты, случаем, не родственница тех самых Квинси, которые целую вечность как изгнаны из Родбурга?

- О, леди Эйб, вы удивительно туго соображаете, - опередила меня с ответом девушка, которая так бесцеремонно прервала нас.

И присела передо мной в реверансе. Правда, последняя фраза была сказана столь ядовитым тоном, что это выглядело настоящей издевкой.

Анита тем временем смешно округлила глаза. И вдруг вспыхнула от смущения. От жара ее щеки почти сравнялись цветом с волосами.

- О, простите, ваша милость, - глухо протянула она, в свою очередь тоже повторив реверанс.