Мои кровожадные соседи. Бонус.

- Делаем ставки, что успел натворить Пончик? – предложила я.

- Давай лучше надеяться, что ничего. А на что спорим?

- Кто проиграет, будет выть по четвергам. Я уверена, что он нарядил елку без нас, - я решительно вставила ключ в замочную скважину.

- А я надеюсь на его совесть.

Завыли мы оба, хоть была и пятница, потому что из приоткрытой дверки антресоли торчала верхушка елки. Настоящей, между прочим, живой елки. И в иглице был весь пол.

- Зато пахнет хорошо, а не горелой псиной, - откуда-то сверху прокомментировал это Пончик.

- Ты что с елкой сделал? – возмутилась я.

- Хотел нарядить, пока вас нет, но чуть-чуть сломал, - признался домовой.

- А в антресоль зачем положил? – Григор дотянулся и дернул за верхушку, но на него посыпался град иголок.

- Думал, не заметите, там теперь все еще лучше, чем было. Сильно торчит, да?

- Сильно, Пончик, сильно, - я устало прислонилась к обувной полке и стянула куртку. – Ты Мину покормил?

- Как я мог лишить вас такого удовольствия?! – домовой даже выглянул рядом с огрызком елки, явив нам полную блесток и иглицы бороду.

- Ничего, я покормлю, а ты иди греться в ванну, - Григор забрал мою куртку и перешел в свою часть квартиры. – Знаешь, а получилось и вправду неплохо, Пончик прав.

Я махнула рукой, не имея ни малейшего желания даже смотреть, что он там натворил с елкой. Разулась, бросила шарф на вешалку, оттолкнула морду Вия, успевшего по дороге с большего стряхнуть всю подпаленную шерсть, к моему огромному облегчению, потому что вонял он до этого просто невыносимо, и поплелась в ванную, потому что мои неосмотрительные мандаринки стояли уже под самым горлом.

- Отличный Новый год, - пробормотала я, как мантру, включая воду, - как встретишь, так и проведешь…

Мандаринки все-таки вырвались из плена. Я умылась, подумала и полезла в аптечку искать нужный мне блистер.

Увидев елку, я едва не выронила кастрюлю салата, трепетно прижатую к груди. Избавившись от так горячо любимых мною, но явно лишних мандаринок, я почувствовала себя способной съесть далеко не одну такую кастрюлю.

- Это что? – осторожно спросила я у вылупившейся на меня совы.

- Это елка, - гордо выпятил грудь Пончик, но с опаской, из темного угла.

Я сунула в рот ложку салата, прожевала, и только после этого продолжила осмотр, пойдя по широкой дуге.