Пересвет

— А то, конечно, — кивнул Родион. — Пакостили раньше, пока князь Егорий не прикончил пару выводков.

— Какой Егорий? — повернулся к нему Светлов.

— Это который Москву построил, — Родион высморкался и вытер под носом рукавом полушубка. — Не слыхал?

Светлов отбросил окурок в реку, тот зашипел и белым пятнышком застыл на спокойной воде. Вытащил из кармана монетки, нашёл полтинник — вчера в магазине дали на сдачу много мелочи.

— Этот? — он показал реверс.

Родион прищурился, было темновато, только пляшущие отсветы костерка давали свет, наклонился ближе к огню.

— Ух ты! — поразился он. — Это в Царьграде деньги с князем Егорием бьют?

— Забирай, — сказал Светлов. — Может, пригодится где.

Родион сунул денежку в карман. Посидели ещё, помолчали.

— Как там владыка, не удивился, что я ему чаю дал? — спросил Светлов. — Не побоялся, что отрава? Смелый старичок.

— Он людишек насквозь видит, — хмыкнул Родион и подбросил веток в костерок. — А ты не вредный.

Светлов поёжился, как то обидно, чего это он не вредный.

— Меня злить не надо, — сурово сказал он.

Родион захохотал.

— Ты когда змея увидал, рожа такая глупая была, — он вытер глаза и высморкался. — Сразу видно, что немного дурачина. Такой травить не станет. Владыка толк в народе знает.

Светлов только шумно выдохнул, ну что тут сказать. Заскрипел песок, кто-то шагал к ним. Стало уже темно, а туман всё не редел. Зашлёпала вода, гость забрёл в реку.

— Кто там бродит, сюда иди! — крикнул Родион, огляделся, встал и подтащив пару брёвнышек, что натаскала Волга сюда, сунул их в костёр.

— Владыка уснул, дружина дремлет, — из тьмы вышел рулевой, левая рука обмотана грязной тряпкой, в правой берестяная кружка. — Дай, думаю, пойду к боярам, языки хоть почешем.

Брёвнышки разгорелись ровным пламенем, от них шёл жар, лицо горело, а спина мёрзла. Обычное дело на биваке.

— Ты, боярин, как тебя, кличут-то? — рулевой без спросу плеснул из котелка в кружку чаю. — Александр? Древнее имя, божественное.

Родион поднял брови, сморщил нос и улыбаясь глазами, так, чтобы рулевой, его Воилко звали, не видел.

— Ты, боярин Александр, бывал ли в стране египетской? — Воилко отхлебнул чаю, поморщился, тот уже остыл; подвинул тихонько котелок к огню.

— Да, ездил пару раз, — честно сказал Светлов. Он мотался лет восемь назад в Египет, да как и все, пирамиды там, верблюды, Красное море.