Ртутный медальон

- Ты любишь лошадей?

Она поднимает на меня удивленные глаза, затем словно бы размышляет над ответом.

- Я люблю животных.

- Ты никогда не сидела в седле? – невольно удивляюсь я.

Она с досадой крутит головой.

- Отец и дядя учили брата.

И тут я во всех джентельменских традициях, выпаливаю.

- Хочешь я тебя научу?

Не знаю, зачем я вообще это сказал, но потом понимаю. Ее реакция того стоит.

Она начинает улыбаться, округляя щечки с ямочками, но самое забавное, что меняется что-то в ее глазах. Они мерцают, это сложно уловить, но словно оттенки становятся ярче, переливаясь глянцем.

Вдруг улыбка меркнет из-за резко открывшейся двери.

- Что вы делаете? – Эрик выглядывает из-за моего плеча на стол, а у мня внезапно появляется досада оттого, что он пришел.

- У меня с зельем не выходит, Антон мне помогает.

- У меня тоже не получается, - констатирует он факт, и мне приходится предложить свои услуги и ему.

- Хочешь сделаем глаза салатового цвета, - предлагаю я.

Похоже эта идея веселит Валериану, и она начинает смеяться. Он ненадолго задумывается, затем отвечает.

- Давай желтые, побуду один день местным, а то уже надоело что все на меня косятся. Может и тебе сделаем? – он спрашивает у Валерианы, но она, смеясь, качает головой.

- Боюсь ни отец, ни брат, таких шуток не оценят, поэтому смены оттенка мне будет достаточно.

Я пожимаю плечами и принимаюсь за работу. Из Эрика, конечно, помощник не существенный, но я особо и не надеялся.

Он косится на меня, затем пониженным голосом спрашивает.

- Ты мне книжку обещала дать почитать, я за ней пришел.

Я понимаю, о чем речь, но делаю вид, что мне это неинтересно.

Она также настороженно кивает.

Зелье наконец готово, и я даю его выпить Эрику. Теперь он действительно смахивает на местного жителя. Даже слегка похож на меня.

Глава 6. Запретные плоды.

Взгляд в будущее

ВАЛЕРИАНА

Он сидит напротив меня, и от этого взгляда по коже бегают мурашки.

Даже в детстве был таким, себе на уме. И никто ему был не нужен.

- Я же просил не ловить мяч лицом, - ухмыляется он.

И вот вся притягательность рассеивается.

- Я думаю, что с больными можно быть милым. Хотя бы чуть-чуть, - ворчу я.