Карнавал желаний

— Да, я видел, как Ашидар её уговаривал. Уж не знаю, какие именно приводил аргументы, но личинку она в итоге взяла.

— Убедительный субъект.

— Странный.

— Кто он такой?

— Адерианец?

— У них глаза тёмные.

— Но не лорепианин.

— При этом стал устроителем.

— И безопасники ле’Адиса это одобрили.

— Подозрительно.

— Надо выяснять.

Фразы звучат резко, отрывисто, но, несмотря на их краткость, суть мне понятна. Как и второй личинке. Мы с ней обмениваемся тревожными взглядами, потому что становится ясно — выполнять свои обязанности по отношению к беспокойным гостям, которые, вместо того чтобы развлекаться, собираются заниматься делами, будет очень непросто.

А если мы не справимся, Ашидару это не понравится!

— Согласен, — подводит итог своеобразной дискуссии мой спутник и вспоминает о нашем присутствии: — А что с этими «презентами» делать? Они разумные?

— Понятия не имею. В памятке написано: «Кормить часто и следить, чтобы личинки оставались рядом». Больше никаких указаний.

— Пф-ф-ф... — натужно выдыхает империанин.

— Кормить — оно как бы логично, кто ж без еды-то выживет! Но везде таскать за собой... Что за развлечение? Больше похоже на навязанную ответственность.

— Ну да, — соглашается с ним собеседник. — Какое-то сомнительное удовольствие.

— А ты вообще что-нибудь слышал о ледвару?

— Нет.

Как по команде, они замолкают, и я вновь чувствую адресованные нам взгляды. Понятно. Наведённый Ашидаром душевный порыв начал угасать, вот к ним и вернулась критичность мышления. Но... Как быстро! Обычно воздействие пару часов длится, а тут совсем немного времени прошло.

И это тоже не самый благоприятный знак. Сколько же мне придётся потратить сил, если даже воздействие устроителя имело столь кратковременный эффект?!

— Как поступим? — В голосе второго империанина отчётливо распознаётся решимость немедленно докопаться до истины.

— Как, как... Никак. Будем ждать, что из этого получится, — охлаждает его пыл тот, который меня выбрал. Впрочем, скорее всего, делает он это только потому, что не хочет афишировать свои планы.

На этом их общение прекращается. Теперь уже вместе они идут в предназначенные им апартаменты, а мы неслышно шагаем следом. Широкие ступени белоснежной мраморной лестницы, сверкающий зеркальным блеском лифт, пол которого покрыт серебряным ковром, упругая дорожка такого же цвета, ведущая в корпус, отведённый прибывшей делегации... Исгреан. Надпись на пропускном пилоне я читаю с лёгкостью. За время полёта нас научили это делать.