Поцелуй феи. Книга1. Часть3

Тогда зачем три зелья? Баба Анта точно подразумевала, что сразу должно подействовать. Поэтому их три. Иначе бессмысленно бы это было. Одно бы приготовила.

– Наверное ты прав, – вынуждена была признать Лала.

– Ну и ладно, – философски пожал плечами Рун. – Не сработало и не сработало. Хотя бы проверили. Ито большое дело. Я думаю, не стоит тут оставаться. Мало ли. Вдруг охотники явятся какие. Или старообрядцы набегут, услышав про тебя от бабы Анты. Время до вечера ещё полно, сколько-то пройдём. Всё ближе к озеру окажемся.

– Я тебя очень вознагражу, мой хороший, – серьёзно пообещала Лала.

– Ну вот, значит я даже выгадал, – порадовался Рун. – Сейчас немножко полечи меня своими объятьями, красавица моя. И пойдём.

Лала разулыбалась, сделала несколько шагов к столу, дабы поставить плошку, и вдруг остановилась в задумчивости. И затем вернулась обратно.

– Рун, – промолвила она робко.

– Что, дорогая невеста?

– Можно я по-своему попробую?

– Что попробуешь?

– Пробудить зелье.

– Хочешь, чтобы я ещё раз испил? – немного озабоченно осведомился Рун.

Она кивнула с виноватым личиком.

– Ну, только если третью, – извиняющимся тоном проговорил он. – Лала, я первые две… я не вынесу этого ещё раз. Третью давай. Она как чай просто.

– Спасибо, жених мой ненаглядный, – с искренней теплотой и благодарностью посмотрела на него Лала. – Ты мой рыцарь настоящий.

– Рыцарь очень надеется на награды.

– Будут, будут тебе награды, любимый, – заверила Лала озорно.

Она приподняла плошку, поставив на левую ладонь, опустила правый мизинчик в зелье. И вдруг стала очень сосредоточенной, а её мизинчик засветился синим светом.

– Дым да туман, стелись, стелись, всё что раньше, забыто, сердце забери, – произнесла она негромко с молитвенными интонациями, словно обращая просьбу к высшим силам.

По поверхности жидкости прошла неяркая синяя вспышка и угасла вместе с сиянием мизинца.

– Не пахнет, Лала! Совсем. Запах исчез. Кажется сработало.

Лала наклонилась к плошке, тоже принюхалась.

– Ох, Рун, и правда!

Её голосок был переполнен изумлённым воодушевлением.

Рун решительно поднёс плошку ко рту, и стал пить. Один глоток, ещё один, ещё.