Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

— Демирова дружина кровушку лила, покамест мы здесь весну встречали, а злато все делить станем?

Всерад молчал, скрестив на груди руки. Истислав верно понял его рассуждения, но подал их так, что самому купцу они по душе не пришлись.

— Ты не думал о том, — помолчав, начал Истислав, — что стань я князем, данью обложу не токмо дружинное злато, да купеческое тоже?

На этих словах Всерад вздрогнул, непонимающе уставившись на главу Камбалу.

— Что попросит у меня Яромир Святозарович помощи для края свого, — рассуждал Истислав, — да я велю купцам товар, какой надобен ему, за бесценок продать.

Али сынов ваших в ратники соберу да на защиту земель Яромировых отправлю. Что тогда? Рад тому ты будешь?

Купец от услышанного открыл рот, не зная, что сказать. Воцарившееся молчание нарушил тихий смех. Гневно взглянув на ухмыляющегося Ратмира, Всерад поднял со скамьи шапку. Зыркнув на Истислава, вышел из палаты, хлопнув дверью.

Расхохотавшись во весь голос, Ратмир вцепился в крышку стола. Истислав широко улыбнулся ему, посмотрел в распахнутое окно.

Там по цветущему саду прогуливалась его жена. Переславу сопровождали няньки и сестра Истислава – Богдана. Глава Камбалу поднялся, не обращая внимания на веселящегося брата, подошёл к окну.

— Ратмир, — не сводя с Переславы взгляда, сказал Истислав, — я рад тому, что ты поспел на мою свадьбу.

— Да уж, — улыбнулся младший, — не думал, что ты жениться решишь, покамест я чужую землю топчу.

Повернувшись к нему, глава Камбалу задумчиво нахмурил брови.

— Такое не придумать загодя.

Оно приходит нежданно.

— Соглашусь с тобой, хоть до конца не понимаю того, — широко улыбнулся Ратмир, подумав о чём-то своём. Помолчав, спросил: — Так что теперича? Ты уже поспел привыкнуть к своей «тени»?

Истислав взглянул на утопающий в тени угол. Силуэт в этой тени явно принадлежал мужчине и был настолько молчалив, что про него было легко забыть.

— Думаю, Родослава Акимовна объяснит мне надобность такой «тени». Так ведь, Истр?

— Я не привык перечить ей, — отозвалась «тень».

— Мати ничего не делает зря… правда, объяснять что-либо она тоже не спешит. Да тебе всё поведает, когда отцу подсобит.

Ратмир удивлённо изогнул бровь. Презрительно фыркнув на «тень», скрестил на груди руки.

— Всё, чем Родослава Акимовна может помочь отцу, так токмо проводить его в Славь.

Истислав замер, буравя брата взглядом. Истр вырвался из мрака, шагнув в тусклый свет уходящего солнца. В его светло-голубых глазах читался гнев, но голос был совершенно спокоен.