Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Ноги почти не слушались старика, руки дрожали, но улыбка не сходила с лица – молодая женщина сидела напротив него, поглаживая сморщенные кисти. Баровит часто видел обитателей Нави, слишком часто, чтобы спутать эту незнакомку с живым человеком.

— Кто ты? — шепнул витязь, подойдя ближе.

— А? Ага, — оживился прадед, увидев его, — знакомься, голубчик, любушка моя Милонега.

Баровит удивлённо посмотрел на женщину. Он мало что знал о своей семье, но точно знал, что мать его деда звали Дуней. Именно в честь неё была названа мать Баровита.

— Ты пришла за ним, — заявил Баровит.

— Она приходит ко мне каждую зорьку, — встрял прадед, — никогда меня не оставляет.

— Ты всё больше приближаешься к Той стороне, деде, — вздохнул витязь.

— Так оно же к лучшему! — рассмеялся он.

— Трёх месяцев не пройдёт, как вместе будем, — пролепетала женщина, поцеловав дрожащие пальцы старика.

— Забери его легко, без мук, — попросил Баровит.

— Как иначе? — Милонега удивлённо вскинула брови. — Любый мой, всё ради него.

— Ты похож на меня, — улыбнулся прадед.

— Чем же? — с интересом спросил витязь.

— Безумием! — грубый голос заглушил старческий шёпот. Казалось, вздрогнула даже Милонега.

Обернувшись, Баровит увидел деда. Он стоял неподалёку, сжимая вилы. Его глаза горели презрением, страхом.

— Ты такой же безумный, аки мой отец, — продолжил дед Довол. — Его прокляли Боги, теперича это проклятье течёт по его крови, поражая старшего сына в семье. Как токмо ты народился, я сказал Азару, что тебя надобно утопить.

А он пожалел дитятко своё. Вот оно взросло, теперича вместе с прадедом с пустотой болтает, Лихо кликает.

Ничего не ответив, Баровит наклонился к прадеду, получше укрыл его ноги шерстяным покрывалом. Улыбнувшись Милонеге, направился в дом.

Дуня хлопотала у печи, спешно переставляя горшки на стол. Аромат томлёного мяса и овощей заполнял светлицу, пробуждая аппетит. За столом уже сидели близнецы и отец, Вако выставлял кружки и блюда, Гроздан вынимал из погреба медовуху.

Не сразу Баровит приметил за печью отцовскую младшую сестру – Грёзу. Девушка вжалась в самый тёмный угол, лишь стоило витязю войти в светлицу. Хоть Грёза и приходилась Баровиту тёткой, но по возрасту была ровесницей Гроздана.

— На вот, — Дуня поставила в корзину горшочки с маслом и мёдом. Накрыв корзину полотенцем, вновь вернулась к печи. — Отнеси старшой сестре, мёдом спину ей натрёшь.

— Почто мёдом? — пробасил Баровит, подходя к трясущейся Грёзе.