Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Подведя Зорьку к стене дома, пояснила: — Я тоже хочу на луки те посмотреть.

— Да пострелять, — пытаясь дотянуться до налучей, прохрипела Радмила.

— Вот! — радостно пискнула Умила, пристраивая ногу на колено Баровита. — Ну, присядь же ты. Али боишься надломишься?

— То вряд ли, — пробурчал витязь, подставив колено и сжав девичью руку.

Умила ловко забралась ему на плечи, потянулась к лямке тула.

— Далековато отец твой их забросил.

— Нарочно, — нащупав угол налучей, отозвалась подруга.

Подол сарафана цеплялся за бороду, щекотал нос, и как ни старался Баровит, убрать с лица ткань не мог.

— Умила, подол задери, — пребывая в полной темноте, попросил витязь.

— Сам задери, — шикнула омуженка, завладев тулом.

— Как? Коли отпущу тебя, завалишься.

Волот осторожно выпустил Радмилину ногу, скинул с лица друга красную ткань.

— Ну что, брат, поворковал? — ухмыльнулся он, вновь сжав щиколотку лучницы.

— Да уж, такого единения я не ждал, — согласился Баровит и заявил куда-то наверх: — Умила, опосле такого ты за меня замуж должна пойти.

Прижав к себе два тула и налучье, омуженка улыбнулась подруге, вытянувшей ещё два лука.

— Мы слезаем, — возвестила она, готовясь спрыгнуть.

Подобрав подолы, девушки прыгнули вниз, сильные руки вмиг сжали их, не дав упасть.

— Так что, Умила? — улыбнулся Баровит, не спеша выпускать свою ношу.

— Ой, да ладно, — отмахнулась омуженка. — Что я такого с тобой сделала? В детстве я у тебя под боком спала, почитай, каждую ночь. Ты токмо девкам не рассказывай, дабы не заревновали.

— Ну тебя, — опустив омуженку, фыркнул Баровит.

Умила подошла к подруге, протянула ей тул:

— Мы ж опосле всё на место вернём?

— Ага, — широко улыбнулась Радмила, вытягивая лук.

Изогнутые плечи пахли деревом, костяные накладки приятно холодили ладони, тетива скользила по пальцам. Работа мастера радовала взор, манила, словно подталкивая к стрельбе.

— Добрый лук, ничего не скажешь, — оценил Баровит, забрав у Радмилы налучье.

— Рано слюной исходить, — фыркнул Волот, ища мишень.

Вытащив из дровницы расколотое полено, витязь привязал его верёвкой к яблоневой ветви, раскачал.

— Давайте по одному, — скомандовал Бер. — Умилка, мы с тобой с одного лука стрелять будем.

— У Баровита возьми, — метясь в раскачивающееся полено, пробурчала сестра.

— Радмилу проси, — вкладывая стрелу, возразил Зорька.

— Умилка тебе сестра, пущай она с тобой делится, — выстрелив, выдала Радмила.