Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Ты когда в последний раз причесывалась-то? Шмакодявка! В тебе хоть одно достоинство есть, присущее истинной женщине?

— Элизабет! — потрясенно ахнул Аверил. — Как низко ты опустилась…

— Во мне куча достоинств, — парировала я, совершенно не оскорбившись от высказывания Элизабет. — И главное из них — меня можно использовать в качестве дурного примера прочим девицам.

Элизабет растерянно захлопала ресницами. Видимо, она не ожидала от меня такого. Рассчитывала, что я начну оправдываться или же примусь выискивать недостатки в ней.

Затянувшуюся паузу прервал смех Фарлея. Сначала он просто закашлялся, пытаясь замаскировать хихиканье, но почти сразу не выдержал и расхохотался в полный голос.

Улыбнулся даже насупившийся было Ричард, обидевшийся на Элизабет за пренебрежительное «этот тип». Конечно, я бы на его месте тоже расстроилась. Он так суетился вокруг этой девицы, силясь успокоить ее. А оказалось, что она чуть ли не ненавидит его.

Только Аверил продолжал строго и печально смотреть на свою бывшую невесту.

— Как мог я так сильно ошибаться в человеке! — патетично провозгласил он. — Элизабет, ты разочаровала меня. Твое поведение выходит за всяческие рамки. Какое счастье, что мы больше не связаны узами помолвки.

— И счастье в первую очередь для меня, — с сарказмом добавила она.

Гордо тряхнула волосами, глядя на Фарлея, который оттирал заслезившиеся от приступа веселья глаза.

— Ну? — прямо спросила она. — Глубокоуважаемый, не проводите ли даму домой?

— Я? — искренне изумился тот.

— Вы выглядите наиболее порядочным среди всего этого сброда, — холодно пояснила Элизабет. — И потом, именно вы предупредили меня об опасности. Надеюсь, вы не оставите несчастную слабую девушку в беде.

И аккуратно смахнула одинокую слезинку, прокатившуюся по щеке.

Нет, воистину, я поражалась умению Элизабет плакать. Как, ну как она это делает? Если я зарыдаю, то это будет настоящим кошмаром! Наверное, оборотень в полнолуние не умеет так выть, как вою я, когда мне по-настоящему больно и обидно.

— Э-э-э… — протянул Фарлей и почему-то покосился на меня.

— Пожалуйста! — с нажимом добавила Элизабет и сморщила свой хорошенький носик, явно собираясь демонстративно расплакаться.

Фарлей застыл на месте. На его лице отражалась напряженная работа мысли.