Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Быть может, проверить быстренько, что же мой компаньон счел необходимым взять с собой в поездку?

Хотя идея порыться в чужих вещах казалась мне не совсем правильной, а точнее сказать — совсем не правильной и некрасивой, но я вряд ли бы устояла от искушения. Но в этот момент массивная дубовая дверь, ведущая в сам дом, неожиданно медленно раскрылась, и на пороге предстала женщина.

Высокая, сухощавая и темноволосая, она так сильно была похожа на Ричарда, что я сразу же поняла: передо мной его мать.

В следующее мгновение баронесса Аннабель Эшрин покачнулась и едва не рухнула к моим ногам, лишь в последний момент успев схватиться за дверной косяк.

Я осознала, что мать Ричарда пьяна в стельку. До меня донесся крепкий алкогольный запах ее дыхания. Синие глаза смотрели на меня совершенно бессмысленно. Баронесса явно не понимала, кто перед ней стоит.

— Здравствуйте, соболезную вашей утрате, — на одном дыхании выпалила я, поскольку должна была что-то сказать.

— Старый паук сдох — туда ему и дорога, — с трудом ворочая заплетающимся языком, проговорила она.

После чего опять хихикнула и круто развернулась на высоких каблуках. Правда, при столь резком маневре опасно покачнулась, и я испуганно подалась вперед, готовая подхватить ее. Но баронесса удержалась и, покачиваясь, лениво прошествовала прочь.

Я задумчиво глядела ей вслед. Ну и как это понять? Мне можно войти или надлежит ждать появления кого-нибудь более вменяемого?

Впрочем, спустя недолгих колебаний я все-таки переступила порог.

Постанывая от тяжести сумки, я пересекла просторную светлую прихожую, в которой начиналась лестница на второй этаж, и вошла в гостиную.

Здесь тоже никого не было. На невысоком столике, стоявшем в окружении массивных кожаных кресел, я заметила несколько бокалов и початую бутылку вина.

Хм-м… Такое чувство, будто совсем недавно тут шел какой-то разговор, но заслышав мои шаги, обитатели дома Эшринов поторопились разбежаться, кто куда.

Я напрягла все свои силы и с трудом водрузила сумку на низкий диван. Все, считаю на этом свой долг по отношению к Ричарду выполненным!

«Неужели не взглянешь, что там?» — опять раздался соблазняющий шепоток гласа моего рассудка.

Я неторопливо обошла гостиную.