Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

— А кто еще живет в вашем имении? — спросил Фарлей. — Сегодня утром я имел честь общаться только с компаньонкой вашей матери. Ее зовут, если не ошибаюсь, Магдалла Маер.

Ричард побледнел при звуках знакомого имени, и Фарлей тут же замолчал, наблюдая за его реакцией.

— Магдалла не совсем компаньонка, — процедил Ричард, немного справившись с волнением. — Она, скажем так, воспитанница моей матери. Ее мать была хорошей знакомой матери, поэтому после того, как девочка осиротела, ее взяли в наш дом.

— По всей видимости, она успешно влилась в вашу семью, — с усмешкой проговорил Фарлей.

При этом он не отводил глаз от меня, видимо, желая увидеть, как я отнесусь к этой новости.

Но я сохраняла хладнокровие. Накось, выкуси, противная ищейка! Я знаю эту историю.

Ричард лишь пожал плечами.

— Да, Магдалла считается моей невестой, — признал он то, что и без того было очевидно. — Что же касается постоянных обитателей дома… Во-первых, это моя мать, Аннабель Эшрин. Затем мой младший брат, Альвин Эшрин.

— Почему? — спросил Фарлей.

Ричард вздернул бровь, немо предлагая уточнить вопрос.

— Почему в вашем доме часто меняются служанки? — терпеливо пояснил Фарлей. — Насколько я понимаю, платят им хорошо, хозяева тоже не особо донимают придирками. Обычно прислуга старается держаться за свое место.

— Потому что мой отец Вертон… — Ричард осекся, в последний момент оборвав раздраженную фразу. Затем начал вновь, на сей раз тщательнее подбирая слова: — Мой отец Вертон частенько позволяет… позволял себе… лишнее.

— Неужели он занимался рукоприкладством по отношению к слугам? — искренне ужаснулся Фарлей.

— Скорее, членоприкладством, — не выдержав, неудачно пошутила я.

Но тут же пожалела о своей несдержанности. В последний момент успела спрятать ноги под лавку, иначе бы вновь ощутила на себе всю тяжесть сапог Ричарда.

Фарлей торопливо опустил голову, в последний момент спрятав улыбку. И я в очередной раз подумала о том, что королевский дознаватель отнюдь не так прост, как пытается показать. Сдается, он прекрасно знает про повадки барона Вертона Эшрина. Но желал услышать подтверждение из уст Ричарда.

— Я не желаю обсуждать характер моего покойного отца, — между тем строго отчеканил Ричард. — Как говорится, о мертвых или хорошо, или никак.