Кому снятся наши сны?

Значит, он на моей стороне? Тогда почему он водит меня за нос по всему городу? И как он, черт возьми попал в мою квартиру? Неужели он один из ребят в сером фургоне? Но ведь они явно не дружелюбно настроены.

- Арт, я тут подумала - мое сердце замерло. Я боялся что она сейчас уйдет. - Я пойду отгоню машину подальше. Она слишком привлекает внимание. Потом вернусь и будем ждать твоего Л.

Если до этого момента она просто стреляла в меня, то последней фразой сделала контрольный в голову. Я никогда раньше не видел такого участия в проблеме совершенно чужого человека.

Причем, ей же и самой угрожает смерть, если враги так легко убили Лекса, который вообще ни при чем! Но ни смотря ни на что - она остается со мной!

- Давай я с тобой пойду. - Предложил я.

Мы отогнали машину на несколько кварталов севернее, а на обратной дороге Анна купила бутерброды с курицей, бутылку красного вина и две пачки сигарет. Я почувствовал себя очень гадко. Неприятно, когда за тебя платит девушка. Вдвойне неприятно, если ты в эту девушку по уши втрескался.

Я буркнул “спасибо” и мы побрели назад в церковь, стараясь держаться в тени домов и не выходить на центр улицы.

Это было даже романтично. Мы сидели уже на полу, передавали друг другу бутылку с вином и рассказывали о своих жизнях, иногда замолкая и вслушиваясь в ночь. Анне было 22, она работала в неотложке. Когда началась война и потекли реки раненых солдат, она ушла. Не выдержала. Когда ты сражаешься за жизнь человека сутки напролет, а он все равно умирает - это может подкосить кого угодно.

С тех пор ее жизнь не многим отличалась от моей. Такая же пустая и серая. Она подрабатывала частными вызовами на дом - как простой врач “по знакомству”. Хотела накопить денег и переехать жить в столицу - подальше от фронта.

Я же после университета так и не смог найти стабильную работу. В армию меня не забрали, спасибо знакомому психиатру, который сочинил мне “шизофрению”. Я иногда делал небольшие заказы по дизайну - на то и жил. Пытался найти нормальную работу, но стране больше нужны бойцы, чем художники.

Милитаризация сминает богему.

2 июня

Хм, интересно, а можно считать себя богемой, если нет денег даже на бутерброд с курицей?

Когда бутылка опустела, мы снова задымили сигаретами и снова замолчали. Наверное, я тоже эмпат - я аж кожей чувствовал, что стал для Анны ближе. Насколько я мог понять, для нее то, что происходит - приключение, в котором я главный герой. Как рассказ сбрендившего детективщика, точно.