Мухоморная диета

Сбросив платье, она стала вытаскивать шпильки из прически.

– Зря ты, чародейка, с истинной ведьмой связалась! – ее глаза сверкнули силой, чистой, незамутненной, и теперь, когда Яга стала мужней женой, ее сила только прибавилась. На что рассчитывала чародейка, пакость такую затевая? Вспомнились слова крысы, что Лешего случайно в портал затянуло. Только вот верить зубастой Василиса не собиралась. Ведьма начала переодеваться в походное, когда сестры и Марфа зашли внутрь.

– А тебе чего? – Василиса хоть и оценила ее возможности, все равно относилась к ней с настороженностью.

– Второй комплект походного найдется? А то в имение ехать без магии, неделю потрачу.

– Куда собралась? Там ясно сказано, в одиночестве!

– Так пропали оба! Коли хочу хозяина выручить, то тоже должна пойти. За тобой не увяжусь, не бойся. У меня свои пути будут, – служанка ссыпала драгоценности в холщевой мешочек, невесть откуда взявшийся, и обнажилась до ночной сорочки, складывая невесомое платье в тот же мешок. Заметив взгляд Яги, пояснила: – Добро то хозяйское.

– Не дури, Василиса! Надо совет собрать, информаторов опросить. Я про эту Моровну много баек слышала, – Маша сосредоточенно выплетала заклинание призыва.

– И я слышала! Пока совет соберется, месяц пройдет! – отрезала Яга, заплетая простую косу и вытаскивая из ящика запасные штаны с рубахой. Хорошо еще, что Марфа после трансформации стала схожей по фигуре с Василисой.

– Спасибо, добро не забуду. А то пришлось бы в сорочке вызволять хозяина, – Марфа поклонилась и, спешно натянув одежку, вышла из дома.

– Эх, Славка! Докобенился? Глядишь в человеческом виде и пригодился бы.

– Я и так пригожусь, – вдруг выдал пес и в ужасе зажал пасть лапами.

Марфа вздрогнула, говорят волшебство чародея заканчивается после его смерти. Если оборотень стал превращаться обратно, значит, уже и спасать некого?

– Не пущу! – Дуся заслонила собой дверь и была аккуратно подвешена к потолку.

– В пекло не лезь, припрет – раскуси и брось, – старшая понимала, что остановить Василису они не в силах. Яга благодарно приняла подарок и положила в кошель. Кот умылся из ведра и теперь, шипя, клеил на морду пластырь.

– Кто ж так клеит! – ворон не выдержал издевательств над медициной и, шлепнувшись оземь, превратился в человека. Василий удивленно икнул, но стерпел, пока птица заклеивала ему порезы.